(не)ваша девочка (СИ)

Поглаживает колено. Большая кровать, значит. Тимур еще меня заверил, что матрас ортопедический и ничего нигде не скрипит. Замечательно.

Через полчаса мы стоим в лифте и поднимаемся на девяностый этаж. Да, мы в одной из башен Москвы-сити. Той, что повыше остальных. Прикидываю в уме сколько я буду лететь, если выпрыгну в окно. Долго. Вероятно, я умру от разрыва сердца, а не от встречи с асфальтом.

— А почему мы молчим? — спрашивает Тимур по левую сторону, придерживая меня за локоть.

— Предвкушаем, — тихо усмехается Рома.

— Я лично запоминаю каждый момент в мельчайших подробностях.

А я вот абстрагируюсь, чтобы потом все забыть, однако отвлечься на левые мысли не могу.

— Анечка, — Тимур всматривается в лицо. — Ты очень мило краснеешь.

Медленно моргаю и не вступаю в диалог, потому что сейчас слова лишние. Ситуация аховая, и я бы предпочла в молчании принять свою участь, а не с комплиментами, от которых сердце яростно бьется о ребра.

Выходим из лифта в просторный, белый коридор с высокими потолками.

Шагаем к одной из дверей по правую сторону. Я опираюсь о руку Тимура, немного прихрамывая. Лодыжку тянет, а сердце коротко и часто стучит. Я в панике.

— Тебе у меня понравится, — Тимур проводит черной пластиковой картой под ручкой двери, и она с тихим писком отворяется.

Автоматически вспыхивает свет. Огромная прихожая, в которой поместится две моих комнаты. Белые стены, белая вешалка, белый шкаф. Рома меня приобнимает, а Тимур опускается на корточки и галантно помогает разуться.

Хочу сделать шаг, но Рома подхватывает меня на руки и вносит в гостиную с панорамными окнами, за которым горят крошечные огоньки ночной Москвы.

Тут тоже все белое, кроме желтых подушек на большом диване, на который меня усаживает Рома. На стене огромная плазма, а под ней на низкой и длинной тумбе игровая приставка, джойстики и VR-шлем. Тимур, вероятно, исполнил детскую мечту. Под ногами пушистый и мягкийковер .

Кидаю взгляд на кухонную зону в глубине гостиной.

Обеденного стола нет, но есть высокая стойка с четырьмя барными стульями. Тимур шарится в верхнем ящике и достает аптечку.

Рома плюхается рядом пультом и по-хозяйски включает телевизор. Листает каналы до документального фильма об опоссумах. Диктор задушевным голосом вещает, как мама-опоссумиха любит деток-опоссумят. Залипаю на забавных зверушках и мысленно задаюсь вопросом: где шляется папа-опоссум. С мамой все понятно, а вот с ее мужем все очень загадочно.