Мой дух, душа и решимость не питались светом, но во время поездки домой я понял, что только я могу определить свое будущее, и мне предстояло сделать выбор. Я мог продолжать жить в ""Приюте заниженных ожиданий"", где было комфортно и безопасно верить, что моя жизнь - не моя вина и не моя ответственность и что мои мечты - это всего лишь фантазии, которые никогда не осуществятся, потому что время и возможности не были и не будут на моей стороне. Или я мог оставить все это позади и отправиться в мир возможностей, гораздо большей боли, непостижимо тяжелой работы и нулевых гарантий успеха.
Я могу выбрать стойкость.
В двадцать четыре года во мне копилась мощная сила, ожидавшая своего выхода. Вскоре мне предстояло пройти две ""Адские недели"", стать членом морской, воздушной и сухопутной команд ВМС (SEAL) и закончить армейскую школу рейнджеров. Я участвовал в ультразабегах и побил мировой рекорд по подтягиванию. Благодаря той единственной ночи в Буффало, штат Нью-Йорк, когда я принял свою судьбу и решил использовать свою стойкость, я нашел в себе волю превратиться в самого жестокого ублюдка, который когда-либо находил свет там, где его не было.
"
"Я никогда не был военнопленным, как Джон Маккейн и многие другие, но первые двадцать четыре года своей жизни я жил как пленник в собственном сознании. Освободившись и начав развиваться, я понял, что редкий воин принимает невзгоды рождения в аду, а затем по собственной воле решает добавить столько отстоя, сколько сможет найти, чтобы превратить каждый день в тренировочный лагерь стойкости.
Это те, кто не останавливается на достаточно хорошем. Они не довольствуются тем, что стали лучше, чем были раньше. Они постоянно развиваются и стремятся к наивысшему уровню себя. В конце концов, я стал одним из них, и именно поэтому меня чествовали на съезде VFW.
***
""Я бы хотела поблагодарить свою маму, которая..."" Аудитория наградила меня еще одним аплодисментом, когда мои рыдания стихли, и я вернулась в настоящий момент. ""Она никогда не подхватывала меня, когда я падала.
Она позволяла мне самой поднимать себя, когда я падала"".
К тому времени как я закончил говорить, все эмоции схлынули. Почтенный и смиренный тем, что получил награду, которую большинство людей сочли бы венцом своей карьеры, я сошел со сцены в неизвестность. Говорят, ""железо точит железо"", но я оставил армию позади, и больше никто не подталкивал меня на ежедневной основе. К черту. Мне всегда было суждено стать тем единственным воином.
