Они пытались мотивировать себя на этот ад, как будто радость могла оградить их от реальности того, на что они подписались. Это не про меня. Когда я придерживаюсь этой линии, я становлюсь очень тихим. Почти как на похоронах. Я знаю, что гонка вытеснит жизнь из каждого из нас, из одних больше, чем из других, поэтому я скорблю о предстоящих страданиях. До тех пор, пока не прозвучит сигнал.
Как обычно, мои мышцы ног были напряжены. Хотя они были сильнее и в лучшем состоянии, чем перед стартом в Лидвилле, мои колени болели.
Особенно левое колено. Во время тренировок оно дошло до того, что я едва мог сойти с бордюра, не скривившись. Потребовалось тридцать минут ковыляния, прежде чем я достаточно расслабился, чтобы найти свою походку. Это стало нормой. Боль всегда утихала и становилась терпимой, а амплитуда движений восстанавливалась, как только я разогревался, но я никогда раньше не пробегал 240 миль за один раз. Смогут ли мои колени продержаться так долго?
Моаб 240 был во многом другим.
И дело не только в расстоянии или высоте над уровнем моря. Трасса представляла собой одну петлю - сеть синглтрековых троп, наклонных скал, открытой пустыни и пожарных дорог, но она не была полностью размечена, поэтому нам пришлось скачать и использовать специальное приложение GPS на своих телефонах, чтобы не сбиться с курса. Кроме того, мы должны были иметь при себе набор для выживания наряду с другим снаряжением, потому что были участки, недоступные для наших экипажей или персонала гонки.
Мы должны были уметь самостоятельно справляться с трудностями и ориентироваться в дикой природе. Это была не просто гонка. Это было настоящее приключение.
Моя первая проверка произошла сразу после первой встречи с командой на миле 17,8, где я остановился, чтобы набить свой рюкзак всем необходимым на следующие пятьдесят пять миль. Несмотря на то что на маршруте будут пункты питания, они были недоступны для экипажей, а это означало, что я не увижу свой до семьдесят второй мили.
Я взял гели, порошки, дополнительную еду и батарейки, а также запасной налобный фонарь. В рюкзак был застегнут 1,5-литровый мочевой пузырь, а две бутылки с водой были вложены в наплечные карманы рюкзака. Но следующие десять часов были тяжелыми не из-за длины или лишнего веса. Это была температура.
Первые семьдесят две мили дистанции проходили по смешанной местности.
