Сияя бриллиантами и счастливой улыбкой, Дина пришла на свою официальную помолвку, хотя к тому времени Влада она не видела два года, уезжала учиться за границу.
Занятая только собой, Дина не заметила, как её суженый вошёл в зал для проведения торжеств с воздушной нимфой в белом платье, что струилось легкой дымкой по изгибам её стройного тела.
— Всё идёт по плану! Сейчас будет шоу программа. — потирала ручки Артемида.
Когда ведущий мероприятия, наконец, объявил все присутствующим, причину, по которой все здесь собрались и на сцену вышла главная заведующая серпентарием Ковалевских и пустила слезу, что её единственный мальчик женится на женщине, которую любил всю свою жизнь и, наконец, может обеспечить ей и их детям достойное будущее.
Сестры Ковалевские в это время с насмешкой наблюдали, как Ида задрожала, крепче вцепляясь в руку своего мужчины, что был чужим женихом, она с ужасом смотрела на Дину, которая гордо подняла голову и светилась от счастья, пока Ида была готова сквозь землю провалиться от стыда.
Её сказка закончилась, Влад вешал ей лапшу на уши о том, что с Диной он давно расстался. Ида была удобной, домашней курицей, которая ещё и работала как вол, на благо будущей, не её, семьи. Она растерялась и только Влад, который стоял рядом с ней каменным исполином вдруг разразился громким хохотом в тишине обескураженных гостей.
— Мама, ты что попала в аварию и потеряла память? Тебе напомнить какой сейчас год? Не тот, в котором мы с Диной встречались.
И не тот, в котором расстались. — усмехнулся он, обращаясь к матери на сцене. — Никакой помолвки не было и нет, кольца я Дине ни разу не дарил, и никогда ничего не обещал. Если ей что-то обещал мой отец или ты, то вперёд, женитесь. У меня невеста уже есть, её зовут Ида, и я женюсь только на ней.
Влад крепко сжал заледеневшую ладошку своей Иды, которая всего месяц назад отказалась от его очередного предложения руки и сердца. Она робко взглянула на него тогда, как он с твердой решимостью и без всякой злости смотрел в её глаза и понимал, что её отказ не означает «нет», он значит «да, но я боюсь».
Влад не стал ее торопить, всё между ними было ясно им обоим — вместе навсегда."
"Люди вокруг шептались и переглядывались, Дина, ошарашенная словами своего жениха, который по словам его матери, только и делал, что работал в поте лица, чтобы быть достойной такой женщины, как Дина.
