— Н-нет, какие наркотики? Ты что? Я просто…
— Что просто, скотина?! — взревел он, подлетал к женщине на стуле и хватая её за лицо. — Ты видела её там с ним! Ты прислала те фото мне, как они сидят на диване вдвоем! Это ты, сука, была!
— Я только сняла их… Я ничего не знаю. Она была пьяная, очень. — залепетала Лена, спасая свою жизнь правдой. — Я просто их сфотографировала…
— Сука! Дрянь паршивая! — выпалил ей в лицо Влад. — Твою дочь напоили и затащили в отель, чтобы изнасиловать, а ты, мразь, что сделала?! Сфоткала её, чтобы шантажировать?!
— Д-д-а.
— Но ты ничего мне не писала, не угрожала… — тихо сказала Ида за спиной мужа.
— Потому что она тебя ещё и обокрала, Ида! — сказал Влад, с болью в голосе. — Она сняла с тебя кольцо!
— Как с трупа в гробу? — усмехнулась Ида. — И почему до сих пор не продала?
— Не надо стало. Она выгодно свою дочь продала, какому-то олигарху извращенцу. Он с ней поразвлекался и выбросил, а мать бабки получила. Извини, Ида, но мать твоя бывшая проститутка и сутенерша… — сообщил Филин, забирая на всякий случай у Влада пистолет.
— Домик на эти деньги куплен, собаки тоже, шантажировать то тебя она может и хотела, да передумала, просто насрала вам под дверью фотками и всё. Как отцу своей второй дочери, просто пришла к нему домой вместе с дочкой, показать братьев и сестричек, когда мужик денег мало стал присылать на воспитание приплода. Отец девочку тут же и забрал. Потом жена выгнала её из дома, стоило мужу умереть. Дочка пришла к маме, а та научила её только тому, что умела сама — продажной бабой быть.
Такая вот тварь…
Ида перевела свой взгляд на мать, которая ею никогда не была и внимательно всматривалась в стремительно стареющую женщину, вся жизнь которой была погоней за чужими деньгами. И что она получила теперь?
— Дочка то тебя любит вторая. — покачал головой Филин. — Мамочка, мамуля, на курорты возит, и олигарха того тебе простила. Только вот больше деньгами не снабжает, у нее новый сутенер — её парень, Рифат. Снял её вчера друг мой хороший, по моей просьбе, она за бабло, что хочешь расскажет, только о тебе особо ничего не знает, даже расценок, по которым ты её продавала.
— Ну ты и сволочь, мама, никакой привязанности к детям. — покачала головой Ида.
— Запомни, детка, женщина никогда не сможет любить ребенка от нелюбимого мужчины. Ваши отцы отказались брать на себя ответственность, а какой мне от вас толк, если от ваших папаш толка нет? — оскалилась Лена, показывая истинное лицо.
