Несколько секунд он вглядывался ей в глаза, пытаясь прочитать в них смысл того, что она сказала. И он надеялся, что понял всё верно. Влад нагнулся вперед, преодолев оставшееся между ними расстояние сквозь воздух, что стал словно плотнее и не пускал его к ней. Её алые губы без следов помады чуть приоткрылись, и он дотронулся до них своими. Нежно осторожно, боясь спугнуть женщину, что тихо пискнула, когда он втянул её нижнюю губку в себя. Их поцелуй двух школьников без языка длился меньше минуты, пока мальчик его не прекратил, чуть отстранившись, он изучающие взглянул на лицо своей девочки и увидел две мокрые бороздки от слёз, что сверкали в тусклом свете оранжереи.
Он всё не так понял?
Ида, увидев, что он замешкался, немного ему помогла, показав верное направление, она робко улыбнулась и у Влада сорвало крышу от счастья свалившегося ему на голову так неожиданно. Он притянул её руки к своему лицу и жадно припал к ним губами, целуя тонкие пальчики.
Его жена в это время улыбалась всё шире, хотя по щекам пролегли новые мокрые бороздки. Влад прижал её ладони к своей груди, оставляя их там, а сам взялся за её пояс на пальто, резко расстегнул и его, и пальто, от чего Ида удивленно смотрела на него. Зачем он её раздевает? Ему было нужно поучаствовать её ближе, нужно было прямо сейчас. Он скользнул руками по её талии, обнимая за спину и впился губами в её рот, действуя намного наглее.
Ида тихо застонала, когда от этого поцелуя по её телу прокатила горячая волна предвкушения чего-то большего, даже если это что-то случится прямо сейчас в помещении, где они были как рыбки в аквариуме, у всех на виду, ей было всё равно, лишь бы случилось.
Она обняла его одной рукой за шею, а другой нежно обхватила колючую щёку и почувствовала, как её ноги оторвались от пола. Влад поднял её, крепко обхватив за туловище, не прерывая поцелуй, который уже переходил все рамки приличия. Ида так и висела, паря в невесомости, пока её губы заново привыкали к его властным поцелуям.
— Такая маленькая Ида и такая большая любовь… — тихо сказал Влад, оторвавшись от неё и потеревшись о её носик своим.
— Извини, что я такая упрямая. — шмыгнула она носом, пуская новые слезки по щекам.
— Не надо за это извиняться! Мне другая Ида не нужна, только такую люблю, мою упрямую овечку!
Его Ида блаженно улыбалась, пока он снова не начал целовать её.
