Девочка продолжала упорно называть Иду мамой-няней, своей любимой, а её мужа дядя-богатырь-папа Влад, тоже мой любимый.
— Так ласково, а мама-папа неласково. — отвечала девочка на просьбы родителей называть их именно так.
Ковалевские молча переглядывались и качали головой, это Соня была ещё не в курсе, что сменила фамилию. Ида ехидно шептала своему мужу на ухо, что ему предстоит разбираться с женской истерикой по этому поводу, он ведь теперь тёртый калач.
— Понемногу готовься к кризису трёх лет, у обоих.
Они будут драться, делить территорию, родителей, собаку, котов и рыбок хорошо, что по трое. Что так смотришь, милый? Воспитывать её будешь ты, я всего лишь мать, которая умеет только заботиться и любить. — елейно улыбалась она ему, поправляя бабочку на шее.
Все мужчины их семьи сегодня были в бабочках, девочки в красивых платьях, но абсолютно все радостно улыбались, когда выдавали Галину замуж.
— Опять все целуются, что за напасть такая! — причитала Соня, глядя на поцелуй молодожёнов в ЗАГСе.
После церемонии Галина и Виктор позвали немногочисленных гостей в уютный ресторанчик с большой детской комнатой, чтобы Галина могла разделить своё счастье со своей внучкой и её семьёй. После первых поздравлений от близкого друга Виктора в ресторан ввалились Власовы прямиком из аэропорта дружной семьёй из шести человек, что несли подарки и цветы.
— Успели! Успели, Дашенька, я же говорил с мигалкой успеем! — рассмеялся генерал.
Любимый ученик расцеловал учительницу в обе щеки, а когда настала очередь Иды обнять Дашу, между ними встала твердая преграда в виде немного беременного живота.
Ида удивлённо смотрела на Дашу, что стала краснее, чем розы, что они с мужем подарили молодоженам.
— Да… вот… думала у меня климакс не за горами, а тут беременность в сорок два. Перестарался кто-то. — зыркнула она на мужа гневным взглядом.
Лицо генерала светилось счастьем и он чуть ли не подпрыгивал на месте.
— Может девочка?! Уж в этот раз я ювелирно сработал! — подмигнул он Иде.
— Или я опять ношу в себе маленький член. — тихо пробурчала его жена себе под нос.
Ковалевские, что оказались за праздничным столом вместе с Власовыми второй раз, теперь выглядели в их глазах совсем по-другому — они иногда перешептывались, бросая друг на друга нежные взгляды, то и дело отлучались в детскую комнату, чтобы проверить детей. Соня постоянно выбегала из под присмотра няни Любы, чтобы посидеть на ручках у своей любимой бабушки или папы.
