Чертыхнувшись, полезла сначала за салфетками в бардачок, но, как-то неудачно потянулась, и мне свело плечо.
От обиды захотелось плакать.
Недоеденная шаурма полетела куда-то в сторону, а я откинулась на сидение спиной, прижав ладони к глазам, чтобы не разреветься. И плевать уже было на макияж. Телефон продолжал вибрировать.
Так я и сидела несколько минут, приходя в себя. Терпеть не могла такие дни, когда всё валилось из рук. Но я знала, что главное в этом состоянии было не загонять себя дальше, распаляясь, а наоборот как-то отпустить ситуацию, и начать всё с чистого листа.
Глубоко вздохнув, убрала руки от лица. Мир не рухнул, всё было нормально. Осторожно повернулась, и дотянулась до бардачка, выудив оттуда пачку влажных салфеток. Убрала соус со свитера. Он успел частично впитаться, и осталось пятно, но с ним легко справится стиральная машина.
Телефон в сумке искала долго, приказывая при этом себе не злиться, хотя очень хотелось. В конце концов, он нашёлся, и я увидела, что у меня было три пропущенных и сообщение.
Все звонки были от брата. Недолго думая, тут же набрала его номер.
— Ты почему не отвечаешь? — вместо приветствия услышала я.
— И тебе привет, Кость. А что, мне вдруг резко стало пять, и у меня не может быть своих дел? Я, вообще-то, работать могу.
— У тебя нет сейчас встреч. Я ещё вчера утром посмотрел твоё расписание в ежедневнике на эту неделю.
— Между прочим, ползать по чужим вещам неприлично.
— Я не ползал. Твой ежедневник лежал на самом видном месте у тебя в спальне.
— Ты чего звонил-то?
— Хотел узнать, как дела.
Я переживаю за тебя. Вдруг тебе снова станет плохо. Сдала анализы? — Весь вчерашний день Костя заваливал меня сообщениями, спрашивал о самочувствии. Так что пришлось ему признаться, что я ходила в поликлинику, и что с утра мне назначили анализы, поэтому он был в курсе. Конечно, я не стала ему говорить о предварительном диагнозе, тем более, нужно было сначала его подтвердить.
— Да. Как раз сейчас сидела в машине и ела шаурму. Голодная была — жуть.
Без завтрака из-за анализов осталась. Знаешь, как мне было вкусно?
— У тебя давно отравления что ли не было?
— Да ну, брось. Всю юность её ели, и нормально. Я как раз тут подумала о том, что давно почему-то перестала совершать безумные поступки. Кость, я стала скучной?
— Ты стала взрослой, Юль. А взрослые люди, они думают, прежде чем делать что-то.
Тяжелый вздох, и в трубке повисла тишина.
— Я хочу съездить на нашу старую квартиру с Андреем. Буду переезжать туда.
