Крупные капли лупят по голове, впитываются в ткань рубашки, оставляя разводы, но мне плевать. Прищурив глаза, пытаюсь рассмотреть незнакомку в свете фар. На ней пресловутое «маленькое чёрное платье» и высокие каблуки, которые делают ее длинные ноги бесконечными. Почему-то она без верхней одежды, да и в целом выглядит так, будто явилась прямиком со светского раута или… с вызова.
— В город подвезете? — спрашивает без приветствия, наклоняясь ко мне и натянуто улыбаясь. Несмотря на миловидную внешность, ее карие глаза в сумраке кажутся зловещё чёрными, мокрые рыжие волосы змеями спускаются к плечам, высокая грудь судорожно поднимается.
— Ничего, что это в обратную сторону? — недовольно хмыкаю, продолжая кружить по ней взглядом. От приличного, но соблазнительного декольте поднимаюсь к лицу с размазанным макияжем. — А ты со смены или только заступаешь в ночную? — не выдержав, выплевываю с неприкрытым укором. Красивая же девка, но разменивает себя. Губит молодость.
— У меня сегодня выходной, а что? — невозмутимо бросает в ответ.
Да ладно? Может, у них ещё премии и профсоюз есть?
— Занялась бы чем-нибудь другим. Впрочем, твоя жизнь, — небрежно отмахиваюсь, отстраняюсь от окна и возвращаюсь в теплый салон, откинувшись на спинку кресла. В сердцах хлопаю ладонью по бедру, размышляя, что делать со случайной попутчицей. — В город мне не по пути, я только оттуда. Садись, могу предложить тебе…
Собираюсь подбросить её к дому бабули, а оттуда вызвать такси. Пусть специальная служба эту ночную бабочку в пункт назначения доставляет.
Я пас.
— Чёрт, какие же вы все козлы, — внезапно шипит она и, худенькая, через открытое окно ныряет в салон. Глушит мне двигатель, забирает ключ-брелок и выскакивает на пустую дорогу.
— Ля, ты что творишь? — обескураженно выпаливаю и вылетаю из салона. Злой, как собака, промокший до нитки. Я прибью её, клянусь.
— Я не верну ключи, пока вы мне не поможете, — поднимает обе руки и выставляет перед собой. — Там женщина на восьмом месяце беременности. Схватки каждые пять минут.
Ее слова звучат в унисон с раскатом грома — и обухом бьют по голове, мгновенно отрезвляя.
— Почему сразу не сказала? — выдыхаю напряженно.
— Потому что как только водители слышат о беременной, сразу бьют по газам. Вы уже четвертый по счету. Или пятый. Я сбилась, — на доли секунды ее голос срывается и звучит жалобно, но тут же ожесточается, словно эта хрупкая девушка вдруг вспоминает, что должна быть сильной. — Такими темпами придется на остановке роды принимать.
