— Тварь, проклятая гадина, — она кричит так, что у нас закладывает уши, — как ты посмела украсть моего сына!
Не сговариваясь, бросаемся с Русом к ним и вдвоем пытаемся оттащить бьющуюся в истерике Ди. Он держит ее за талию, а я по одному разжимаю пальцы, вцепившиеся в волосы скулящей от страха Лизы.
Демид молча наблюдает за происходящим и не вмешивается. И только когда у нас получается оторвать Ди от Лизы, поворачивается к столу и берет бутылку с водой.
— Выпейте и успокойтесь, — он протягивает бутылку Диане, которая тихо воет, накрыв руками голову.
Рус обнимает жену за плечи и стреляет полным ненависти взглядом в угол, где пристегнута Лиза.
Я стараюсь на нее не смотреть, боюсь не сдержаться. Внутри кипит, бушует целый коктейль чувств и эмоций. Обжигает нутро, облизывает оголенные нервы, выворачивает наизнанку. И если я подойду ближе, уверен что не сдержусь. Задавлю как гадину, даже удовольствие испытываю, когда представляю как мои руки смыкаются на ее шее.
И пусть меня посадят, но она должна поплатиться.
За мой разрушенный брак с Соней, за нашего ребенка, которого я возможно бы смог полюбить. За все, чего я лишился из-за этой грязной сучки. А для меня тюрьма как раз будет достойным наказанием.
— Давайте все возьмем себя в руки и послушаем нашу гостью, — слышится спокойный, уравновешенный голос Демида, и даже зареванная Ди смотрит на него с благодарностью.
Кто-то должен сохранять ясность ума, а у Демида это получается лучше всех нас. Тем временем он поворачивается к Лизе.
— Что ж, теперь твой выход.
Ничего не хочешь рассказать?
— Я вам не сказочник, чтобы рассказки рассказывать, — буркает Лиза.
— Не вопрос. Знаешь, я слышал, женская психика очень чувствительна и подвержена стрессам, — Демид принимает озабоченный вид. — Если ты внезапно возжелаешь свести счеты с жизнью, не справившись с депрессией в связи с болезнью сына, тебя ни один человек не осудит. Поверь моему опыту. А он у меня богатый, можешь не сомневаться.
— Не сомневаюсь, — сквозь зубы цедит Лиза. — Но я правда не знаю, что вас интересует.
Вы лучше спрашивайте, что надо, я постараюсь ответить.
Демид поворачивается к нам и окидывает вопросительным взглядом.
— Мой сын, — хрипит Диана, она совсем сорвала голос, — Дамир… чей?
— Мой, — Лиза не смеет посмотреть ей в глаза, она смотрит куда угодно, только не на Диану.
Руслан внезапно срывается и заряжает кулаком в стену буквально в нескольких сантиметрах от ее головы.
— Сука, — он ревет как раненый зверь, — проклятая сука.
