— Дней пять тебе хватит? Или может три? Так и быть, я пока поживу в гостиной на диване.
Я только качала головой и бессильно разводила руками. Но в глубине души мне нравилось, что он даже мысли не допускает, что мы не будем вместе.
Я тоже не допускаю — я его люблю, и уже все для себя решила. После ночи с ним я поняла, что мне не нужен другой мужчина, а нужен этот.
Может, он не такой идеальный. Может, есть лучше. Пусть, забирайте себе всех, мне нужен только он.
Демид называет Рустама мрачным и угрюмым. Но если он такой с Демидом, это личные проблемы Демида, я ему так и сказала.
Никто не знает, каким Рустам может быть, когда мы остаемся наедине. А какой он с дочкой, даже Ольшанский признает, что редко видел более сумасшедшего папочку.
Я ответила, что он видит его каждое утро. В зеркале, когда бреется. На что Демид хмыкнул и пробормотал какую-то рядовую пошлость насчет того, что его больше интересует процесс. Но у всех нас есть глаза.
Мы с Майюшей вернулись, и я снова вышла на работу. Пока я в офисе, Майя дома с Полиной Львовной, и я иногда просыпаюсь с чувством, что мне все приснилось.
Что на самом деле Амир сын Рустама и Лизы, и никакой истории с поменянными малышами не было.
Тогда я быстро открываю нашу с Рустамом переписку и успокаиваюсь только когда вижу его бесчисленные «люблю». И мои смайлики и сердечки.
Я больше не хочу его терять. Никогда.
Включаю смартфон, смотрю на часы. Внезапно всплывает диалоговое окно мессенджера, и я вижу, что это Демид.
«Он едет»
Сердце начинает бешено колотиться в груди.
Зажимаю рукой, чтобы оно не выскочило.
«А Лиза?» — спрашиваю Ольшанского.
«Ее увезла охрана. Рустам едет один»
Выдыхаю и только сейчас понимаю, как давило на грудь. С плеч будто гора свалилась, мне даже сидеть теперь легче.
— Что это ты так повеселела? — с подозрением смотрит на меня Олеся. — То сидишь с похоронным видом, то сияешь. У тебя все нормально?
— У меня все отлично, Олеся Александровна, — отвечаю, с трудом сдерживая бушующую внутри радость.
Он едет.
Он через пять часов будет здесь. И я смогу ему рассказать…
Скольжу рукой в карман, нащупываю шуршащий пакет. Он там, я каждые десять минут проверяю. Потому что не могу поверить.
Конечно, можно было бы сообщить красиво. Я видела в соцсетях, девушки заказывают шарики и тортики с надписями, пишут письма. Но на это надо время, а я не хочу тянуть. Я хочу сказать сразу.
Да я и не дотерплю. Я сама только сегодня узнала, и уже не могу сдержать рвущееся наружу ликование.
