— Не понимаю…
Он двигается слишком быстро. Молниеносно оказывается рядом, подсаживает на стол, и его руки быстро пробираются под платье. Проводят по внутренней стороне бедер, затем по внешней.
Шокировано замираю на доли секунд, затем упираюсь локтями в грудь.
— А как ты хотела? Все должно быть по-взрослому, детка, — скалится Демид. Изворачиваюсь и бью коленом в пах.
Он шипит и выкручивает мне руки за спину.
— Слабая и безвольная, говоришь? Мелочь бешеная, — и внезапно меняет тон почти на участливый. — Ну все-все, спокойно, детка.
Я прослушку искал. Извини, но на слово верить не привык. Не могу же я доверить охране тебя обыскивать. Какая-никакая родственница. Так, давай на раз-два-три я тебя отпускаю. Ну? Успокоилась?"
"Я ошалело вращаю глазами. Демид держит меня отстраненно, не проявляя ни малейших признаков возбуждения или желания. Он в самом деле меня просто осматривал?
— Раз, два… — он делает паузу. Медленно киваю. — Три.
Отпускает, делает шаг назад. Сползаю со стола и благополучно проваливаюсь в темный колодец обморока.
***В действительность возвращает удушающий запах нашатырного спирта. Открываю глаза, некоторое время разглядываю незнакомый потолок, силясь сообразить, где я.
Резкий запах улетучивается, и первое, что приходит на ум — я снова в больнице. Но откуда здесь взялся аромат дорогого мужского одеколона?
— В следующий раз когда решишь потерять сознание, предупреди меня, хорошо? — знакомые интонации окончательно очерчивают реальность.
Я в кабинете итальянского ресторана, куда пришла встретиться с Демидом Ольшанским.
И это он сейчас нависает над креслом, в котором я полулежу после обморока. В том кресле, в котором он сидел, когда я вошла в кабинет.
— Ты мне точно ничего больше не хочешь сказать? — сверлит меня глазами Демид. Сразу хочется уменьшится до размеров пылинки на обивке обитого кожей кресла.
— Нет, — стараюсь, чтобы прозвучало как можно более правдоподобно. Качаю головой из стороны в сторону для усиления эффекта.
— А ты всегда теряешь сознание, когда к тебе прикасается мужчина?
Под его взглядом неуютно. Хочется спрятаться, отгородиться от этого испытующего взгляда, пока он сам не прочитал обо всем, что творится в моей голове.
— Я только сегодня выписалась из больницы, — бормочу в оправдание. — А из мужчин ко мне прикасался только мой муж. Не надо меня провоцировать, Демид.
— И как ты надеешься получить развод?
— Что ты имеешь в виду? — переспрашиваю непонимающе.
