"
"И, возможно, на этот слабый шёпот не обратил бы никакого внимания, если бы не странность: два голоса сплелись в один, и оба казались знакомыми. Что-то всколыхнулось в груди, воспротивилось. Медленно-медленно Грей сделал шаг, его цель – вон тот свет, что виднелся вдали. За ним второй – и вот он летит, стремительно приближаясь к светлому пятнышку. Туман полностью разошёлся, открывая вид округлой поляны, на краю дремучего леса, в центре которой цвело так нужное ему растение. Энка – огненный цветок, цветок жизни, ещё он носил название ""второй шанс"".
Отыскав необходимое, Грей с облегчением выдохнул и… натужно закашлявшись, скатился с матраса на холодный деревянный пол комнаты. Пот градом стекал по лицу. Отдышавшись и придя немного в себя, схватился ладонью за грудь и нащупал только кожаный шнурок, одиноко висевший на шее. Артефакт отсутствовал. А это значит, что всё прошло так, как надо.
– Молодой господин, – над ним раздался негромкий голос монаха, – вот, возьмите и испейте.
Слитным движением гость поднялся.
Рядом с ним сидел старый знакомый – монах Хиен, получивший за эти годы ранг Хонка-кансю. Последний раз они виделись много лет назад, и время оказалось беспощадно даже к служителям храма. Хонка-кансю Хиен-сама поклонился и протянул иностранцу белоснежный тяван (чайная пиала), над которым парил сизый, едва различимый ароматный дымок. С поклоном и благодарностью приняв подношение, Максимилиан с удовольствием и безо всякой опаски осушил всё до дна, не оставив ни единой капли живительной влаги.
Чай, отменного качества и вкуса. Перед мысленным взором пронеслись изумрудные чайные плантации и усердно работающие люди в плетёных невесомых каса (широкополые шляпы).
Снова поклонившись, вернул сосуд монаху и сказал:
– Благодарю вас, кансю-сама.
– Вижу, вы нашли то, что искали. Это радует… Храм не видел вас долгих двадцать пять лет, Максимилиан-сан. Надеюсь, ваш путь был благополучным?
– Долгим, но благополучным. Вы хорошо выглядите, кансю-сама.
– Старый клён может стоять долго, но его ветви уже не так крепки, как прежде… – тихо усмехнувшись, ответил монах.
– А Дзёсин-сама…
– Скончался три года назад, после чего я занял его место.
Глава 8. Поиск пропитания оказался самым сложным испытанием
Поиск пропитания оказался самым сложным испытанием. Аоки, дочь высокопоставленного чиновника, никогда прежде не покидала пределов богатого квартала в портовом городе с незатейливым названием Умимати (морской город).
