Поскольку я не учился на лекаря, сам провести полную диагностику не могу. Это особый артефакт. Я его не так давно создал. На стадии испытаний ошибок не возникло. Итак, приступаю?
– Как угодно, – было видно, что Аоки уже всё равно, она смотрела пустыми глазами в пространство, и мыслями находилась далеко отсюда.
Максимилиан потянулся к своей коробке и вынул из неё странную штуковину. Явно выполненную из серебра с вкраплениями золота, размером с гусиное яйцо; тёмно-алый рубин в центре таинственно сверкнул, и снова в моей груди кольнуло.
Нажав несколько выступающих точек на поверхности артефакта, Макс осторожно расположил его на животе пациентки, чуть ниже пупка.
– Больно не будет, вы почувствуете приятное тепло, – предупредил он.
Я внимательно следила за всеми его манипуляциями.
– Я хочу избавиться от плода, – прошептала бледными губами Аоки. – Стереть бы память о том, что произошло…
– Такое возможно, но, увы, исчезнет не какой-то период вашей жизни, а абсолютно всё. Вам даже есть придётся учиться заново.
Говорить и ходить.
От подобной перспективы я невольно вздрогнула, брр!
Рубин в центре овальной штуковины мерно запульсировал, будто живой.
– Готово! – удовлетворённо кивнул Макс, несколько минут спустя. Взял артефакт в руки и замер изваянием. – Да, всё верно, вы беременны. Срок четыре недели и три дня от последней менструации, плоду около двух недель и трёх дней.
Ого! Неужели работает аналогично аппарату УЗИ?
Мужчина вернул артефакт в ларь и спокойно добавил:
– В любом случае вам придётся сделать аборт.
У плода есть отклонения в развитии. И я бы не рекомендовал его оставлять.
Глава 17. Разговоры у костра
Аоки даже как-то облегчённо выдохнула, а Максимилиан добавил:
– Позвольте коснуться вас ещё раз. Вы уснёте и проснётесь под вечер. Хотите?
– Хочу, Максимилиан-сама. Спасибо! – кивнула девушка соглашаясь.
Согласно местным правилам этикета, личных прикосновений старались избегать, и люди лишь кланялись друг другу в знак приветствия. Особенно это касалось отношений между мужчиной и женщиной, не состоящими в браке или не являющимися родственниками.
Главным проявлением уважения был поклон, и чем больше почтения нужно было выразить, тем глубже он становился.
Грей тронул руку пациентки, отправляя её в сон, после чего выбрался из повозки. И я следом за ним.
– Вы ведь солгали?
– Насчёт отклонений в развитии? Нет, они действительно есть, – ответил он, подходя к сундуку, чтобы убрать в него коробку с артефактом.
