Даже моргнуть лишний раз боялся, лишь бы ничего не пропустить! Сигэаки-сама до последнего сомневался в умениях Изабеллы Элисон. Но то, как она чётко давала распоряжения, а после, устроившись подле больной и буквально вскрыв той череп, не дрогнув, залезла внутрь, вовсе было за пределами его понимания! Не каждый мужчина способен выдержать подобное зрелище, не то чтобы делать то, что вытворяла Белла-сан! Что-то фантастическое происходило буквально перед его носом, а он мог лишь лупать глазами, не понимая, как, как подобное возможно?! Хотя план операции ему рассказали в мельчайших деталях.
Но…
Одно дело – теория и совершенно другое – практика…
Сегодняшний день выступил ярким подтверждением этой фразе.
Глиома выглядела как образование желтовато-серого цвета с относительно чёткими границами. Белла осторожно удаляла опухоль, отделяя её от здоровой ткани мозга. Когда встречались кровеносные сосуды, она использовала магический артефакт для коагуляции, мгновенно их (сосуды) запаивая.
Работа шла несколько часов.
Капельки пота стекали по лицу хирурга, но она ни разу даже вида не подала, как устала. Каждое движение было выверенным, точным. Сигэаки-сама поддерживал стабильное состояние пациентки с помощью целительной магии, Максимилиан выступал в качестве ""поднеси-забери"".
После удаления основной массы опухоли лекарка тщательно проверила ложе на предмет остаточной ткани. После приложила артефакт анализа, чтобы дополнительно убедиться в полноте резекции. Затем приступила к завершающему этапу: твёрдую мозговую оболочку ушила тончайшими нитями, костный лоскут вернула на место и зафиксировала.
Мягкие ткани и кожу ушила послойно. Когда последний стежок был наложен, леди Белла выпрямилась и глубоко вздохнула.
– Спасибо, коллеги, – поблагодарила она Грея и Цурукаву, сделала шаг назад и склонила голову, – за помощь. Поздравляю нас всех с успешно проведённой операцией!
Сдержанные на эмоции акацукийцы загомонили, выказывая своё уважение и восторг от только что увиденного.
– Рино-сан необходимо перевести в её палату, включить ранозаживляющие обезболивающие артефакты на полную катушку, – напоследок распорядилась Изабелла-сан, посмотрев на Кэнсин-сана, скромно маячившего позади гостей. В глазах юноши горел огонь восхищения! И обожания к той, чьё мастерство казалось ему недосягаемой мечтой! – Приставьте к ней наблюдающего. И позовите меня, как только Рино-сан проснётся.
Договорив, вышла вон, направившись в соседнее помещение.
