"
"– Хорошо, – я почувствовала неимоверное облегчение от этой новости – мою пациентку защитят.
– Леди Белла, у меня к вам небольшая просьба, – было заметно смущение всегда сдержанного Сигэаки-самы.
– Да? – я чуть приподняла брови.
– Возьмите с собой Кэнсин-сана? Он мой племянник, дюже талантливый и всё схватывает на лету. Пусть он у вас учится. В его верности даже не сомневайтесь, можете на него во всём положиться. Он знает альбирионский. Не в совершенстве, но вполне сносно, – предупреждая мои вопросы, поспешили заверить меня.
Главврач замер, стараясь скрыть нервозность – явно боясь услышать отказ.
– Почему нет? Сигэаки-сама, если Кэнсин-сан действительно готов много работать, я буду только рада такому ученику!
– Ох, – позволил себе облегчённый выдох Цурукава, – спасибо! – и уважительно склонил голову.
– Думали, что я откажу? – удивлённо уточнила я.
– Если честно, да: с чего вам брать акацукийца в другую страну? Там у вас и без него дел будет невпроворот.
– Чую, вы окажетесь недалеки от истины.
Вот поэтому хорошими помощниками разбрасываться и не подумаю!
Разбудили Аоки. Цурукава вышел в коридор, давая нам время переодеться.
В тусклом свете Аоки и я облачились в простые мужские одежды. Девушка недовольно морщилась, но молчала – всё ради успеха задуманного дела. Грубая ткань кимоно скрыла наши фигуры, а широкие хакама делали походку неузнаваемой. Волосы спрятали под плотно повязанные тенугуи (прим. автора: тенугуи – традиционное японское хлопковое полотенце, часто используется как головная повязка), а лица затенили широкополыми соломенными шляпами каса.
Ноги обули в потёртые варадзи. Теперь мы ничем не отличались от сотен других работяг, спешащих в порт с раннего утра.
– Саквояж придётся оставить, – остановил нас Цурукава, когда мы вышли к нему в коридор. Главврач был не один – рядом с ним замерла высокая фигура Кэнсин-сана.
Я молча согласно кивнула, оставила сумку в палате и закрыла дверь.
– Успехов вам, друзья мои, – пожелал Сигэаки-сама, уважительно поклонившись нам.
Мы ответили тем же. – Учись прилежно, Кэнсин. Буду ждать тебя через несколько лет таким же мастером, как леди Элисон.
– Я сделаю всё и даже больше, Цуруква-сэнсэй, – переломился пополам молодой человек, одетый почти так же, как мы с Аоки.
Кэнсин провёл нас через полутёмные коридоры, погружённой в тишину, лечебницы, он бесшумно скользил впереди, проверяя путь. И вот мы покинули здание, пересекли густой парк и остановились подле ограды.
