– Интересно, он хоть что-то понял? – пробормотала я под нос и подошла к матушке.
Прекрасное лицо Джульетты стало неестественно бледным с землистым оттенком, черты лица заострились, светлые волосы, когда-то струящиеся золотыми волнами, потеряли свой былой блеск.
Обладая таким внушительным багажом знаний, сейчас я оказалась совершенно бессильна. И эта беспомощность злила! Время неумолимо бежало, утекая словно песок сквозь пальцы, а я могла лишь наблюдать, как жизнь мамы угасает на моих глазах.
Где же этот чёртов дар?! Почему он не просыпается, когда так нужен?!"
"Стараясь сдержать всхлип, с затуманенным слезами взором, села в кресло и начала… молиться.
Не знаю, сколько времени прошло, дверь скрипнула и меня окликнули:
– Леди Изабелла, мы вынули горшок.
– Агнес, – я подняла тяжёлую голову, в висках противно стучали молоточки, – вынесите сосуд во кладовую, нужно, чтобы он полностью остыл.
– Поняла, – кивнула женщина и закрыла за собой дверь.
– Милая, – донеслось до меня со стороны кровати.
– Мамочка! – я метнулась к ней. – Как ты себя чувствуешь? – облегчению не было предела. – Тебе нужно выпить вот это. Нита скоро вернётся с новой настойкой.
– Ты что, плакала? – заметила она мои красные глаза и нос. – Не плачь, доченька. Чему быть, того не миновать. Значит, судьба у меня такая.
– Н-не говори так, – прошептала я, – вот, прими лекарство, – стараясь не разреветься снова, я взяла со стола кружку и помогла ей сделать пару глотков.
– Какая горькая жуть, никак не привыкну, – выдохнула матушка, откинулась на подушки и устало прикрыла веки.
К вечеру того же дня активированный уголь был полностью готов. Когда горшок достаточно остыл, я разломила получившееся чёрное сырьё на мелкие части, на глаз отмерила нужное количество и заставила маму всё это проглотить.
– Что это такое, Белла? – морщась, она положила первый кусочек в рот и запила водой.
– Это активированный уголь, он поможет вывести из твоего тела яд.
Послушно съев сорбент, она удивлённо пробормотала:
– На вид страшный, а на вкус пресный.
На следующее утро, когда первые лучи солнца окрасили небо в розовый цвет, Джульетте стало лучше. Она даже нашла в себе силы выпить бульон и поговорить со мной почти час. Вернувшийся с опозданием отец, сменил меня у постели больной, и я оставила их наедине.
