Будучи в родстве с каким-нибудь бароном или графом, торговец мог сюда заявиться и окунуться в атмосферу роскошного уюта.
В главном зале вокруг каминов стояли глубокие кожаные кресла, где лорды вели неспешные беседы за бокалом бренди. В специальных нишах стояли столы для карточных игр и шахмат.
Библиотека занимала целый этаж: здесь хранились редкие фолианты, доступные только членам клуба.
На верхнем этаже располагались личные кабинеты, где можно было провести тайную встречу или просто уединиться с книгой. А с террасы полюбоваться на прекрасный вид ночного города и моря.
Безупречное обслуживание и абсолютная конфиденциальность – здесь лорды могли быть уверены, что их разговоры останутся только между ними.
И никаких женщин. Подобного рода развлечения в этом клубе отсутствовали.
– Как дела? Как съездил? Слышал, привёз не только волшебную настойку, но и очаровательных дам? – герцог Уильям Стэнхоуп, удобно расположившись в глубоком кожаном кресле, неспешно извлёк из дорогого футляра трубку из светлого вереска.
Несмотря на молодость, а ему было всего тридцать два года, он не увлекался нынче модными при дворе сигарами, предпочитая трубку – выбор, больше свойственный старшему поколению. Слегка примяв табак в чаше подушечкой большого пальца, он замер на мгновение, словно в предвкушении. Лакей тут же поднёс огонь. Первая затяжка, вторая, дым заструился тонкой струйкой к потолку. Герцог откинулся на спинку, рассеянно следя, как сизые кольца растворяются в воздухе.
Слуга, низко поклонившись знатным гостям, едва слышно покинул кабинет.
– Уже поползли слухи? – поморщился Макс, наблюдая, как расслабляются широкие плечи собеседника. – Тяжёлый день?
– Как обычно, – дёрнул щекой Уильям. – И да, весть о том, что у тебя появилась любовница, кочует из салона в салон. Обсасывают, обгладывают. Как дикие звери, ей-богу! – фыркнул он, презрительно сощурив тёмно-карие, почти чёрные глаза.
– Леди Изабелла Элисон может быть только женой, никак не любовницей. Поверь мне, раз с ней поговорив, ты почувствуешь её внутреннюю духовную силу и благородство помыслов.
И действий. Леди Белла невероятный человек.
– Надо же, – протянул Стэнхоуп, заинтригованно качнувшись корпусом чуть вперёд, впиваясь острым взором в бесстрастное лицо человека, благодаря которому он всё ещё жив. – Никогда прежде ни об одной женщине ты подобным образом не высказывался, друг мой.
Грей лишь развёл руками.
– Настойка помогла? – уточнил Его Светлость.
– Да. С некоторыми поправками в дозировке.
