В центре комнаты стояла огромная печь с системой вытяжек, а у дальней стены виднелись странные механизмы, предназначение которых я не смогла угадать. Всё сверкало чистотой, каждый предмет находился на своём месте.
– Впечатляет, не правда ли? – с нескрываемой гордостью произнёс мастер Аллан, наблюдая за моей реакцией. – Для меня лаборатория – это своеобразный храм, а порядок – первая заповедь учёного.
– Совершенно согласна, – кивнула я, вспоминая безупречно организованные операционные, в которых мне доводилось работать.
– В моём деле порядок часто равен спасённой жизни.
– Именно! – воскликнул алхимик. – Чувствую в вас родственную душу, леди Элисон. А теперь, с вашего позволения, приступим к делу.
Он, стянув свой щегольский камзол, накинул на рубашку светло-серый халат со множеством кармашков, после чего открыл шкаф, заполненный бутылями, и достал два вместительных флакона с жидкостями, осторожно поставил их на рабочий стол.
– Расскажите подробнее о процессе, леди Элисон.
– В моё… моей стране эфирный наркоз использовали с незапамятных времён.
Это простое, но эффективное средство.
– Великие открытия часто поражают своей простотой, – философски заметил Бёрч. – Опишите мне все этапы создания вашего эфира.
Я рассказала ему о синтезе диэтилового эфира, стараясь разжевать каждый шаг настолько подробно, насколько позволяли мои знания по органической химии. К счастью, этот процесс был достаточно прост, и мои объяснения были понятны магистру.
Мы приступили к работе.
Бёрч оказался не только талантливым химиком, но и приятным собеседником. Он с энтузиазмом слушал меня, задавал дельные вопросы и быстро схватывал суть. Несмотря на возраст, его руки были тверды, а глаза остры.
Первым делом подготовили стеклянную колбу с трубкой для отвода газов. Туда Бёрч налил концентрированную серную кислоту, затем я стала медленно добавлять спирт, постоянно помешивая смесь стеклянной палочкой.
– Всё нужно делать очень осторожно, – приговаривала я.
– Кислота может разбрызгаться, а её ожоги крайне болезненны, – добавила для Аоки, внимательно следившей за всем происходящим.
Магистр кивал, не отрывая взгляда от колбы. Его лицо выражало то же сосредоточенное внимание, которое я видела у своих коллег во время сложных манипуляций.
– Теперь нагреем всё примерно до ста сорока градусов, – пояснила я, когда смешивание было завершено. – При этой температуре пойдёт реакция дегидратации с образованием эфира.
