Аоки оказалась превосходной кухаркой! Блюда акацукийской кухни в её исполнении были настоящим произведением искусства.
Вечер провели за обсуждением предстоящей операции. Аоки внимательно слушала мои объяснения, задавая умные вопросы. Несмотря на отсутствие надлежащего образования, она быстро схватывала суть и проявляла искренний интерес.
– Знаешь, Аоки, – сказала я, когда мы заканчивали пить чай с булочками, – из тебя вышел бы отличный врач.
– Правда? – в её глазах мелькнуло удивление.
– Да.
У тебя аналитический склад ума и отличная интуиция.
Подруга смущённо улыбнулась:
– В Акацуки женщинам непросто стать целителями. Это считается мужским делом.
– Здесь, похоже, тоже немало предрассудков, – вздохнула я. – Но мы докажем, что способны на многое.
– Обязательно докажем, – уверенно кивнула Аоки.
***
День операции выдался пасмурным. Низкие серые тучи нависли над Краунхейвеном, обещая к полудню дождь. Я проснулась задолго до восхода солнца, сердце билось ровно, без тревоги.
Волнение, изводившее ещё вчера, испарилось, вместо него на меня снизошло привычное и благодатное спокойствие. Я не имела права на ошибку. Мои руки не имеют права ни на малейшую дрожь.
Аоки заварила душистый медово-травяной чай. А вот от яичницы я отказалась: никогда не ела перед сложными операциями. И вот мы летим в лечебницу. Кэнсин-сан ждал нас у подножия лестницы. Молчаливый, собранный, с решительным выражением лица.
– Всё будет хорошо, – тихо сказала ему я.
У стойки регистрации нас встретил Максимилиан, как всегда, с лёгкой улыбкой, светившейся в синих глазах.
– Всё готово, – кивнул он. – Магистр Бёрч уже здесь. Ждём только вас. Действуем по плану.
Мы поднялись по широкой лестнице в северное крыло. Операционное отделение располагалось в отдалении от основных палат, чтобы шум и суета не мешали сосредоточиться хирургам.
Два помещения, которые выбрало для операции руководство лечебницы, были соединены между собой стеклянной перегородкой.
Во второй комнате уже собрались зрители: лорд Юстас Сильвер в окружении нескольких старших целителей, ещё какие-то незнакомые мне лица, видимо, приглашённые гости из других лечебниц. И седовласый импозантный мужчина в богатых одеждах, которого все почтительно называли «Ваша Светлость». Кто бы это мог быть? Герцог? Или даже член королевской семьи?
В предоперационной переоделись в специальную форму, пошитую по моим эскизам.
