Он ушёл, просто ушёл! Да, пообещал, что всё будет хорошо, но в его глазах полыхало столько злости, что в это верится с трудом. Надо было раньше попробовать ему всё рассказать, тогда бы я не попала в такую нелепую ситуацию.
Мне даже в голову не пришло, что отец подстрахуется и сделает всё, чтобы я не смогла признаться Арамазду в подмене. Видимо, папенька опасался, что нарушу его планы. Как оказалось, не зря!
Господи, что же теперь будет? Простит ли меня Арам, позволит ли быть рядом? Я бы на его месте, скорее всего, не простила!
Будто мне мало душевных терзаний, ещё и низ живота ныл, наверное, из-за неудовлетворённого желания.
Вряд ли это от потери девственности, я её можно сказать и не почувствовала, сгорая в пламени страсти. А ведь я и не представляла, что занятия любовью могут приносить такое удовольствие. Губы, руки, ласки Арама – это что-то потрясающее. Я плавилась как воск, растворялась в своём мужчине...
Теперь я точно знаю, если потеряю его – сойду с ума от горя. Не выживу без Арамазда и своих воробушков.
Я должна как-то выбраться из паутины, в которой запуталась благодаря папеньке и сестре, вот только как? Не имею ни малейшего представления!
Прорыдав полночи, встала разбитой и не выспавшейся. Зато Китти, наряжая меня в очередное платье, радостно улыбалась, косясь на мою правую руку. Теперь абсолютно чистую, без чёрного рисунка.
– И чего ты такая счастливая? – буркнула я раздражённо, уже заранее догадываясь, каким будет ответ.
– Наконец-то у вас с господином всё наладилось, а то уж мы переживать начали.
Вы замечательная пара.
Представив, как слуги обсуждают нашу личную жизнь, едва не застонала, а горничная, закончив укладывать мои волосы, куда-то умчалась. Что-то мне подсказывает, делиться новостью с остальными обитателями замка. Всю жизнь мечтала, чтобы потеря моей невинности стала достоянием общественности!
Так и осталась сидеть перед трюмо: спускаться в столовую не хотелось. Но не скрываться же мне всю жизнь от прислуги? Минут через десять поднялась и, вздохнув, набираясь решимости, пошла к двери.
Остановил раздавшийся с тумбочки писк. В полной уверенности, что это Арам, рванула к зеркальцу и не задумываясь его активировала.
– Привет, сестрёнка!"
"При виде Эльмы первым желанием было отключиться, но следующие слова не позволили:
– Элечка, у нас беда! Маму машина сбила, врачи сказали, что шансов выжить у неё нет. Прости, я не придумала ничего лучше, как уговорить папу забрать её в Агахру.
