– Когда хозяин отсутствует, завтрак подают в апартаменты, в столовой никто не собирается.
– Почему? – Распоряжение мисс Скайлафф. Она считает, что это напрасная трата времени, и если дети поедят в своих комнатах, смогут быстрее приступить к занятиям.
– Каким именно?
– Ну... у них обширная программа, бывает, что до самого вечера сидят над учебниками, прерываясь лишь на обед.
– Веста тоже? Ей же всего... – я замолчала, ожидая подсказки.
– Пять. Да, конечно, экономику ей пока не преподают, но и у неё уроков хватает: этикет, танцы, вышивание.
– Когда же они играют?
– Только когда герцог дома, при нём их так не загружают, но с тех пор как началась война, он очень редко нас навещает.
Спрашивать, что за война и сколько она уже длится я, разумеется, не стала. Эльма должна быть в курсе, и моя неосведомлённость может показаться подозрительной. С этим разберёмся позже, а вот с загруженностью детишек надо что-то делать. На мой взгляд, тут Дура перегибает палку. И опять же возникает вопрос: а знает ли Арамазд о том, что ребятишки света белого не видят из-за непомерного количества уроков? Вряд ли, ведь недаром их при нём освобождают от большинства занятий.
Что-то мне подсказывает, дракон бы такой каторги не одобрил и Дура это прекрасно понимает.
Китти оказалась на редкость расторопной девушкой: не прошло и пятнадцати минут, а я уже стояла одетая в, как всегда, вычурное платье, и даже с завитыми волосами. Конечно, горничная посетовала, что они слишком короткие, но тем не менее смогла соорудить вполне приличную причёску.
Удовлетворённо оглядев результат своего труда, Китти умчалась за завтраком для меня. И только за ней закрылась дверь, с тумбочки, точной копии той, что разворотил герцог, раздался противный писк. Пройдя на звук, обнаружила небрежно брошенное мной вчера зеркало-магайфон.
На пару секунд зависла, гадая, как активируется чудо связи, и, взяв в руки, провела пальцами по прохладной поверхности. Моё отражение тут же пропало и я увидела вальяжно откинувшегося на спинку кожаного кресла папеньку.
– Здравствуй, дочь. Как у тебя дела, как прошла ночь?
– Вашими с Эль молитвами, отец! – не смогла я не съязвить.
– Я так понимаю, нормального диалога у нас с тобой не получиться? Всё ещё обижаешься... Что ж дело твоё. Покажи брачную татуировку.
– Зачем?
– А как, по-твоему, Эль её воспроизвести должна?
Пожав плечами, покрутила рукой возле зеркала, но папенька так и не пошевелился, просто недовольно поморщился.
