Невест так много. Дилогия (СИ)

А имеем мы множество юных очаровательных леди, которые незваными приехали в дом мужчины, не желающего видеть их ни в качестве гостий, ни уж тем более в качестве жен. Так? И прошу коротко: да или нет?

— Да, — скривившись, но все же ответила она.

— Хозяин дома хоть и не рад, но терпит. Даже пошел навстречу, не уехал по своим делам, а у него их, несомненно, много. И согласился рассмотреть победительницу отбора в качестве потенциальной супруги, если они понравятся друг другу и оба изъявят желание пойти к алтарю. Опять же, напомню, не потому, что он сам хочет этого.

А потому, что его принуждает ее величество. Взрослого состоявшегося мужчину, у которого уже есть ребенок. Так?

— Да, — скрипнула зубами госпожа Каламбель.

— Я, вместо того чтобы исполнять свои прямые обязанности ассистента и заниматься бумагами, деловой перепиской и прочими поручениями своего начальника, трачу время на то, чтобы следить за конкурсом невест. Нелепым и странным. Можно подумать, ваши подопечные настолько некондиционный товар, что им необходимо проходить отбор у маркиза.

Шли бы тогда к принцу, он всё же будущий король. Но нет, вы здесь, и мы все мучаемся и страдаем. Так?

— Да. Но как вы смеете сравнивать наших подопечных с товаром?! Да еще с некондиционным?! Какая-то жалкая нищая дворяночка, зарабатывающая себе на жизнь ассистентом… Милочка, вы…

— Я вам не «милочка», госпожа Каламбель, — перебила я ее похолодевшим голосом. — Я — леди Эрика ди Элдре, прямой потомок древнейшего аристократического рода. Многочисленные поколения моих предков верой и правдой служили короне долгие века и гордо несли свое звание и титул.

А девиз на нашем гербе гласит: «Честь и верность». И мы верно охраняли земли королевства, поскольку наш замок стоял в Приграничье.

Я встала из-за стола. Следом за мной вскочил Лекс и поспешил подойти и занять место рядом. А маркиз, помедлив мгновение, с громким стуком опустил чашку, которая, жалобно тренькнув, развалилась на три больших осколка.

Поднимался его сиятельство медленно.

И было что-то мрачное в том, как потяжелел воздух в столовой, как стало вдруг зябко.

— Никто, никогда и ни при каких обстоятельствах не смеет оскорблять меня и моих близких, — тихо и проникновенно произнес до того развлекавшийся лорд Риккардо. — И не вам, госпожа Неизвестно-кто-такая, пренебрежительно отзываться о моем ассистенте. Если уж на то пошло, то ее род еще более родовитый и древний, чем мой. И уж конечно, чем род любого из присутствующих здесь.