Ничто мясное, рыбное, молочное, жирное, мучное и сладкое не будет вводить вас в искушение. Его сиятельство выразил надежду, что вы будете довольны его распоряжением. Он с вами! Мы все с вами. С сегодняшнего утра на вилле Дель Солейль все запрещенные продукты просто отсутствуют. Прислуге уже переданы соответствующие распоряжения.
В столовой висела такая тишина, что стало слышно, как за окном гудит муха и шелестят листвой кусты на ветру.
– А что… чем… – прошептала одна из девушек, симпатичная шатенка в дорогом шёлковом платье.
– Что же мы будем тогда кушать? – спросила более уверенная в себе грузная женщина лет пятидесяти. Чья-то компаньонка, судя по строгому наряду.
– Исключительно здоровую растительную пищу. Приятного аппетита, дамы! – И я уселась на место маркиза.
Мы с ним обсудили это перед тем, как разбрелись досыпать. Во время его отсутствия за трапезой я стану сидеть во главе стола. В иных случаях – по правую руку, так как супруги и наследника у лорда Риккардо нет, а я выступаю в роли не просто прислуги, а…
В общем, в нашем королевстве, благодаря воле прошлого короля, у личного ассистента аристократа сложная роль.
Вроде и не равный, но и не слуга, а что-то вроде продолжения части тела. Наше предыдущее величество не оставил наследников, так как предпочитал свой пол. Это не афишировалось, но его фаворит, бессменный друг сердца на протяжении всей жизни, служил в должности личного ассистента и всегда был рядом. Попрошу не путать с секретарем. Последний – это именно наёмный работник.
Я потому на таком назначении и настаивала, что хоть и весьма двусмысленный статус, но дающий большее поле для маневра.
А уж насколько тесные отношения связывают аристократа с очень личным ассистентом – о том в приличном обществе говорить не принято. Мало ли, но вдруг нет?
Ведь поди угадай, просто помощник или же как у короля? Спрашивать неприлично, но и во избежание неприятностей вести себя с данной персоной стоит осторожно. А то ведь и нарваться можно, если ассистент всё же не просто ассистент и пожалуется другу сердца.
Были прецеденты. Даже в нашу глухомань доходили слухи и сплетни. Если уж я, выросшая на краю света, знала о том, то столичная публика тем более.
Отреагировав на мои последние слова о правильном питании, в столовую вошёл лакей, толкая перед собой тележку с несколькими супницами. Я невозмутимо наблюдала, как перед каждой из дам появлялась порция каши. Судя по цвету, на молоке. Похоже, повариха взбунтовалась и отказалась готовить совсем уж гадость.
