Невеста брата. Я хочу её

 – Разве не ты меня весь день провоцировала сегодня, как и всю эту неделю?

Он настолько тесно прижал меня к себе, что я еле могла дышать. Моя грудь прижалась к его крепкому животу, бёдра – к бёдрам. Слишком тесно, слишком близко…

– Я не понимаю! – возмутилась я и снова попыталась выбраться на волю. – Что вы несёте? Вы в своём уме?!

– Сначала ходишь по номеру в коротком полотенце, потом надеваешь чулки, резинку которых отлично видно в разрез твоей юбки. А теперь ты решила меня добить своей грудью?

– Я ничего не делала специально, – толкала я его, но он меня словно не слышал.

В ответ он толкал меня к столу, пока я не уперлась в него бедром, и дальше мне некуда стало отступать. Это бред какой-то! – Марат…

– Я, между прочим, здоровый молодой мужик, и ты прекрасно поняла, что нравишься мне. Что ж, ты сама напросилась, – одним движением он усадил меня на стол и развел мои ноги коленом.

– Вы меня не поняли! – кричала я в пустоту.

Горячие губы легли на мою шею. Кожа тут же покрылась мурашками, а в глазах поплыло.

Сильные руки сжимали талию и гладили мои бёдра. Хотела уйти, конечно, хотела, но он же так держит, что не сбежать. Марат прошёлся губами от шеи, добрался до мочки уха и подцепил ее кончиком языка, провел им по всей ушной раковине, и я невольно прогнулась в спине и тяжело задышала. Захотелось закрыть глаза и принять эту ласку. Пронзило жгучее, отрезвляющее чувство стыда. Я снова надавила на его плечи, но результата никакого не получила. Это борьба мухи и слона.

– Марат, остановись, я вовсе не хотела тебя провоцировать!

Затуманенный желанием взгляд серых глаз остановился на моём лице. Они были настолько тёмными, как небо в шторм, что даже слились с тёмно-синим цветом зрачка. Рука его потянулась к подбородку, поднимая его вверх на себя, а губы властно взяли мои. Поцелуй теплый, он кружил голову, заставлял хотеть наслаждаться и… продолжать. Немного грубый, с присущей Марату импульсивностью, и очень страстный. Еще немного – и я просто отключусь от реальности, позволяя его порочным полным губам, на которые я сама жадно смотрела вот уже несколько дней, ласкать себя.

От падения в пропасть меня спас звонок телефона. Марат прервал поцелуй и отпустил меня. Отправился к телефону, не сводя глаз с меня. Я же свои опустила вниз. Я позволила ему себя целовать. Идиотка. А как же мой жених? Так стыдно мне ещё никогда не было. Нет, уволюсь к чёртовой бабушке, и Марка попрошу помочь с неустойкой.