Невеста черного Медведя

И ждёт нас действительно последний бой.

Потому и пережидали в лесу.

Потому-то на нас так спокойно напали дезертиры: думали, видать, что простой отряд разведчиков лесных.

Да, настораживало меня то, что забрались мы в окружение врага. А главное, неясно желают ли люди оказаться под властью лесных, или предпочитают своего князя.

Одно хорошо: нюх у Иорана что надо. Раз уж может по запаху понять женщина перед ним или мужчина, то и с содержимым тарелки проблем не возникнет. Ладно с ней, с баландой этой. Главное, что не отравят.

Усмехнувшись, я подумала о том, что ели мои предки, живя в таких условиях: ну, явно не икру заморскую баклажанную и не пиццу итальянскую, хотя, думаю, и не такую бурду отвратную. Но спишем всё это на то, что война и с провизией туго. Получается, наверное, и за баланду сказать ""спасибо"" надо, откуда у этих людей хорошие продукты.

Но, всё же промолчу.

""Спасибо"" для них мне как-то жалко.

Мои мысли снова вернулись к истории кулинарии. Эх, мне бы свою таверну, а лучше две. Назову ""У дикого кабанчика"" или ""Золотой колос"", вот бы я развернулась.

Но тут надо сначала к мирной жизни прийти и из лесу выбраться.

Малашка яростно зачесала голову. Что-то пробормотала и снова уставилась на какое-то подобие ночной рубашки. Когда-то она явно была красной. А сейчас облезлой. Только полы ею и мыть.

Да, не сахар у них тут жизнь.

Но жалости я не испытывала. Поганый характер у хозяек дома оказался, хотя перед моим лесным знатно они расшаркиваются.

Курицы ощипанные.

Дверь хлопнула и вошёл сердитый Иоран. Он окинул тяжёлым взглядом женщин. Малашка отложила шитьё, и как верная собака подалась вперёд, заглядывая в его глаза. Мой перевертыш лишь смешно фыркнул в её сторону.

- Что, воевода, голоден, пожалуй, - проснувшись, бабка резво соскочила и ухватилась за половник.

Теперь фыркнула я.

- Ели уже, - проворчал Иоран. - Где ваши мужики, старая? И лучше тебе сейчас правду ответить.

Опа! Я подсобралась.

- Так князь призвал, - быстренько протараторила старуха.

- И пацанов тоже? - лесной стиснул зубы, на его лице заиграли желваки. - Я нашёл игрушки. Где ребёнок? Где твой внук?

- Да о чём ты, воевода? Чиста моя Малашка!

- Не дури мне голову! - рявкнул мужчина.

- Забрали мальчика моего, - пролепетала Малашка, - всех мужиков увели."

"- Кто увёл? - он повернулся к девке. Та, почесав голову, беспомощно глянула на мать.

- Да, с батьками ушли и дедами, - нашлась та.