– Детка, вставай… – почему голос отца звучит мягко? Где родительский нагоняй и обвинения в том, что я плохая дочь, опозорила отца и прочее-прочее-прочее?
Я осторожно подняла личико.
– Наказывать будешь?
– Нет.
Нет?
Удивительное дело.
– Папа, я… – я робко улыбнулась, поднимаясь.
– Я знал, что смешение демонической крови с кровью колдунов до добра не доведет, но не подозревал, в какие масштабные катастрофы это выльется, – Дерек, принявший вид человека, смотрел с осуждением.
После его слов чувство вины мгновенно исчезло.
Хорошая у нас родительская любовь! Крепкая, заботливая.
– Папа, ты меня сейчас обвиняешь в том, что я дочь колдуна-демона и обычной демоницы? – выдохнула я и нервно сдула с лица выбившуюся из прически прядь. – Это уж слишком! Это… Это, в конце концов, оскорбительно!
– Оскорбительно то, что мне приходится охранять ворота, как сторожевому псу! Чтобы ты не убежала!
– Папа!.. – простонала я, чувствуя, что в очередной раз разговор между дочерью и отцом не удастся. – Что ж ты так…
– Ты меня поражаешь раз за разом! То появляешься в гостинице без отца и жениха! – глаза родителя гневно блеснули, а голос дрогнул – спокойствие покидало Дерека.
– То застаю тебя в обществе Тимьяна – одного из самых опасных преступников Межмирья!
Я охнула. Мало того что тролль оказался мифическим метаморфом, так он еще и преступник… Может, тогда не так уж и плохо, что побег не удался…
Хотя нет, интуиция, обливаясь слезами, сообщила, что плохо, что ничего дурного он мне бы не сделал.
– Ничего не знаю про тролля-Тимьяна.
Он готов был мне помочь, когда близкие люди отвернулись, – проворчала я, успокаиваясь. Если мне не угрожают наказанием, остальное утрясется.
Пора возвращаться в темный замок… И готовиться к свадьбе. Кстати, я даже платье не удосужилась примерить. До последнего думала, что смогу избежать венчания.
Не везет так не везет… Где-то теряем, где-то находим… В замужестве с Великим грозным Артефактором тоже есть плюсы. Наверное. Хотя точно есть… В ресторации спокойно кушать буду.
И никто не посмеет околдовывать и похищать с целью лишения девичьей чести.
– Никто от тебя не отворачивался, – голос демона-отца дрогнул. Задела я его, но моя дочерняя совесть настырно молчала.
– Знаю… знаю… проходили. Все меня любят, все. С детства.
– Детка, что ты сейчас хочешь сказать?
– Ничего, папа, ничего. Выбрал бы в жены ведьму, и проблем со мной не было бы, и у меня тоже. Ведьмы своих детей любят, – я отвернулась, не желая видеть озабоченность на лице отца.
