Вот это я понимаю – груди! Большие, сочные, «наливные» (последнее слово использовали мужчины нашего дома, когда думали, что они одни и могут смело вести разухабистые беседы о своих приключениях)!
Отдать должное красоте блонди мне не позволил мужчина, которого, как я теперь знала, звали Зрак.
– Тебя никто не спрашивал! И говорить не разрешал!
Блондинка пошла пятнами, а я возмутилась тону, каким он с ней разговаривал, и как-то забыла, что попала в крайне неприятную ситуацию.
– Я тоже третьей не буду! – зачем-то ляпнула, даже не осознав смысла диалога.
Послышалось рычание.
И рычание, ох, какое знакомое…
До боли…
Впитанное едва ли не с молоком матушки…
Узнаваемое везде и всюду.
Одним словом, я поняла, что передо мной представитель моей ненаглядной расы.
Демонической.
И в тот миг не смогла определить, что было бы лучше: остаться в таверне, забившись в уголок и ожидая развязки борьбы между гномами и неславным господином Йехером, или оказаться непонятно где перед голым демоном в одной, пусть и из плотной ткани, но сорочке.
Дилемма.
– Кто тебя подослал? – выдохнул демон и шагнул в мою сторону.
Ой, мамочки!
Вот зря я открыла рот! Правда, зря!
Молча бы уползла к двери, никем не замеченная и не увиденная. К тому же опыт уползания имелся!
А тут получилось, что я помешала… кхе-кхе… в общем, помешала огромному демону и пышнотелой блондинке предаваться любовным утехам.
И теперь этот самый демон готов сцапать меня своими ручищами.
А силу рук демонов я знала, ох, как хорошо!
Поэтому, недолго думая, нырнула между телом Зрака и кроватью и побежала в направлении двери.
– А ну стоять!
Ага, сейчас!
Я рванула дверь и, о чудо, она оказалась незапертой. Видимо, Зрак чувствовал себя хозяином положения, раз держал дверь в спальню открытой."
"Выяснять, так ли это, желания не возникло. Я побежала со всех ног, не разбирая дороги. Коридор, в котором оказалась, почти не был освещен, лишь в дальнем конце виднелся канделябр.
Да где ж я оказалась, драконье пламя?!
Разгневанный демон, похоже, не собирался упускать добычу и рванул за мной.
Я слышала его дыхание и, подобрав полу сорочки, собиралась ускорить бег, когда… со всего размаху врезалась во что-то твердое, мускулистое и определенно живое.
О, нет!..
Мой стон совпал с почти ласковым:
– Куда так торопимся, детка?
Детка?
Детка?!
ДЕТКА!
Мое многострадальное тело вспыхнуло. Его бросило в жар, потом в холод, потом снова в жар. Я подняла глаза, выше… еще выше…
– Папа?..
