Передо мной поставили жаркое в глиняном горшочке, замысловатый салатик и мясо в кляре. Перед демоном то же самое, но в большем объеме.
Я осторожно начала есть. Мой прошлый обед прошел под эгидой медового вина, еде я особого внимания не уделяла, зато сейчас поняла, что очень голодна.
Зрак ел молча.
Ну, съела я несколько ложек жаркого. Да, вкусно. Да, сытно. Но меня терзало недоумение – и это все, разговор окончен?
Мой личный тиран точно прочитал мысли и, прожевав приличный кусок мяса, сказал:
– В Лазгаре женщинам нельзя появляться в общественных местах без мужа или отца.
Иначе ее принимают за доступную и имеют право… – он недоговорил, бросив на меня пылающий взгляд.
Я вспыхнула. Вот меня и приняли!
Хотела и дальше хранить молчание и позволить ему говорить разные шовинистские гадости, но меня накрыло.
– Вы… Постойте-ка! Что же получается? Вы пришли ко мне в спальню с предложением отправить восвояси… В отсутствии отца, который мог бы заступиться. И при этом знали, что по Лазгару передвигаться в одиночестве женщинам небезопасно! – с нарастающим возмущением заговорила я.
И чем дольше говорила, тем острее осознавала всю глубину подлости сидящего напротив демона. – Вы!.. Специально отправили меня! Вы желали!.. Желали мне зла! Чтобы меня… Чтобы меня…
Я сжала кулачки и с вызовом положила их на столик.
А кончики пальчиков знакомо защипало…
Моя страстная речь не произвела на Великого Артефактора никакого впечатления. Он продолжал есть мясо, запивая его вином.
– Не кипятись, – бросил он.
Не кипятиться?! Да он… Да он… Нет, он не мерзавец-подонок-гад! Значительно хуже! Я даже вслух могла бы сказать, кто именно, но воспитание не позволило. Как-никак учителя у меня были хорошими, высокооплачиваемыми.
– Вы подставили меня!
Он прищурился и, наконец, перестал есть. Наклонился вперед, и теперь я могла лицезреть алые всполохи в его глазах.
– Детка, мне не внушают доверия дамочки, появляющиеся в моей спальне в сорочке неизвестно из какого портала. Я еще выясню, на кого ты шпионишь! – наверное, по моим округлившимся глазам и приоткрытому рту он понял, что я готова обрушить на него праведный гнев, и предостерегающе поднял руку.
– И лучше сейчас помолчи! Говорю я. Я и не собираюсь скрывать, что ты мне не нужна, и я хотел от тебя избавиться. И избавился бы, если бы у тебя хватило ума не заявляться в гостиницу и не привлекать к себе лишнего внимания! Ирас довез бы тебя до ворот, открыл их, и ты благополучно оказалась бы в своем мире.
