Невеста для кронпринца

Он показался мне слишком тяжелым, и я сообщила тете Мюри, что мои руки, все еще ослабленные после долгого магического сна, не выдержат подобной экзекуции. Но я буду старательно выбирать тень и под лучи палящего солнца не полезу, стану беречь кожу.

Наконец, оделась, попросив горничных не затягивать лиф платья слишком сильно, потому что мне и так уже… гм… хорошо. Затем, поражаясь собственному бесстрашию — голова порядком кружилась, а окружающий мир время от времени начинал расплываться, — вышла из своих покоев.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Улыбнулась двум стражам, замершим в конце пустого коридора, насчитывавшего еще три двери помимо моей.

Получив от них вполне исчерпывающие объяснения, отправилась по не менее пустым и длинным коридорам. Ни одной из приехавших на отбор девушек по дороге я так и не встретила — лишь иногда попадались стражники или же спешившие по делам служанки, у которых я уточняла, не сбилась ли я с пути.

Со слов тетушки мне было известно, что дворец гигантский, словно настоящий город, и пока я бродила по Восточному Крылу, то прониклась уважением к его огромным размерам.

А ведь были еще Южное, Западное, Северное и Центральное Крылья!..

В последнем проживал король и принцы, к тому же там находился Тронный Зал и множество дворцовых приемных. Южное Крыло было отведено для придворных, удостоившихся чести иметь собственные покои во дворце, а Западное и Северное считались гостевыми.

Судя по всему, именно в одном из них поселили Вильфреда Морриса, беспокойных Ворсли и шиалорцев во всем их многочисленном составе. Мне оставалось надеяться, что их разместили подальше друг от друга и они не станут выяснять, кто их них мне… гм… роднее или же чья кровь бледнее.

И не поубивают друг друга.

Думая об этом, я ступала то по изящным мозаичным полам, то по мягким ковровым дорожкам. Шла, иногда останавливаясь, чтобы с замиранием сердца полюбоваться на подавляющую роскошь внутреннего убранства Восточного Крыла.

Оно, это самое убранство — все эти великолепные картины, мраморные и золотые статуи, изящная мебель и дорогие декоративные моменты — они даже не шептали, а попросту вопили об огромном, даже бесконечном богатстве династии Годдартов.

Признаюсь, то, что я увидела в дворцовых залах, привело меня в затаенный трепет, и это, в свою очередь, вызвало массу вопросов к самой себе.