Нога безвольно опустилась обратно на кресло.
Протестующе замычав, я отвернула голову на девяносто градусов, прервав-таки поцелуй.
Рагрияр глухо зарычал. А я безапелляционно заявила:
— На первом свидании не целуюсь!
— Мне ничто не мешает организовать второе, — жестко бросил он.
— На втором я тоже не целуюсь, — тяжело дыша, продолжала я гнуть целомудренную линию.
— А на третьем я уже возьму тебя, — припечатал он. — Так что считай внимательней, девочка.
Меня окатила холодная волна ужаса. По идее, ему ничто не мешало изнасиловать меня и прямо сейчас.
Никто ведь не вступится. Он просто растягивает удовольствие от охоты? Или уже нацелился конкретно на меня?
Мои прежние страхи по поводу его хищных улыбок и ледяных взглядов померкли на фоне реальной опасности.
Рагрияр вдруг отпустил мои руки и отошел.
— Владислава, давайте просто выпьем кофе и поговорим, — произнес он будничным тоном, словно всего предыдущего не было вовсе.
Тут бы выдохнуть, но что-то подсказывало мне: кошмар еще вовсе не закончился.
Позвонив в колокольчик, Рагрияр отдал распоряжение слуге, и через несколько минут тот уже принес нам чашки с напитком.
Из любопытства я сделала маленький глоточек. Действительно, кофе. От земного ничем не отличается.
— Сколько вам лет? — задал герцог вопрос, сам так и не притронувшись к кофе.
Может, он отравлен? Хотя к чему бы тогда ему было говорить про будущие свидания?
— Двадцать три. А вам? — не удержалась я от встречного язвительного вопроса.
Кажется, ему не понравился мой тон. Надо язвить побольше.
— Девяносто восемь, — невозмутимо молвил герцог.
Если бы уже не слышала эту цифру от Аринэль, сочла бы сие несмешной шуткой.
— А вы для такого возраста неплохо сохранились, — не преминула заметить я.
Улыбка а-ля «оскал голодного волка» отбила у меня желание язвить дальше. Впрочем, от еще одного вопроса я все-таки не удержалась:
— Вас не пугает такая разница в возрасте?
— Нет, с чего бы. А вас? — полюбопытствовал он в ответ.
Вот не стоило ему этого делать.
— Ужасает! — честно ответила я.
— Почему? — герцог вскинул бровь.
— Потому что при разнице жизненного опыта в семьдесят пять лет, равноправные отношения уже практически невозможны. А отношения свысока я не приемлю.
Он расхохотался.
Похоже, меня дернуло метать бисер перед свиньями. Вряд ли о равноправных отношениях с ним могла мечтать партнерша любого возраста, образования, положения.
