Онлайн-библиотека книг
Ты хотел, чтоб я женился — я это сделал. В своей дарственной ты забыл уточнить на ком.
Дед какое-то время смотрел исподлобья, а потом расхохотался. Он смеялся так взахлеб, что закашлялся и ему немедленно подали платок, который окрасился кровавыми пятнами.
— Ты стоишь того, чтоб у тебя была именно такая… — кивнул в мою сторону, — ничего другого ты не заслужил.
Я с трудом сдерживалась, чтобы не плюнуть этому сморчку в лицо, но меня сдерживала сильная рука Хана, продолжающая сжимать мои пальцы.
— Все же намного лучше той бля****и, которую подсунул мне ты.
Старик поднял голову и посмотрел на Хана таким же страшным взглядом как и у внука. Два мрака скрестившихся в ударе. Я даже услышала раскаты грома.
— Батыр Дугур-Намаев никогда не нарушает данное им слово. Все здесь принадлежит теперь тебе.
— Ппаааааа! — закричала женщина лет сорока пяти, в темно-зеленом наряде с покрытой головой, — Кааак? Каааак же так? Ты же говорил… ты же не можешь… Он брата… он же…
— Замолчи! Такова моя воля! Смирись!
Не глядя на нее ответил старик и протянул руку за новой порцией виски.
— Тебе нельзя, папа, — другая женщина, помоложе, схватила старика за руку, но он отпихнул ее в сторону.
— Поди прочь. Какая разница. Все равно скоро сдохну.
Женщина в зеленом прошла мимо меня и когда поравнялась со мной прошипела мне в лицо:"
"— Чтоб ты камни рожала, проститутка, или уродов, как и его бывшая! Он тебя все равно убьет, как и ее! Голову оторвет и кошке своей скормит! Долго не протянешь!
От ее слов внутри все похолодело, я посмотрела ей вслед, чувствуя, как сильно сдавило грудную клетку еще непонятным мне сильным страхом.
— Пусть она переоденется. В моем доме не принято ходить полуголой.
Старик бросил на меня уничижительный взгляд, а Хан усмехнулся и прижал меня к себе.
— Мне нравится. Я сам выбирал. Пусть все оценят какую красивую женщину я привел в твой дом, дед.
— У тебя ужасный вкус. Просто отвратительный.
— Неужели? Я ведь так похож на тебя. — потом обернулся к гостям, — что все замолчали? Празднуйте! Давайте, веселитесь! У вас есть повод — скоро ни одного из вас в этом доме не будет. Он теперь принадлежит мне.
