И первый мой вопрос был естественно:
— Почему магия Времени под запретом? Что такого могло произойти, что как ты говоришь полезный дар, стали избегать?
— Около трехсот лет назад была война и начал ее маг с таким же даром, который сейчас у тебя, – пояснял Эйден. – Магия Времени всегда была очень редкой и волшебники или колдуны, обладающие подобным даром, всегда были особенно сильны. Однако в нашем мире ее не встречали уже несколько сотен лет. По нашим меркам это не так много, но все же эта магия практически исчезла с лица Аэндора.
Поэтому появление сильного мага с таким даром стало большой неожиданностью для всех.
Никто не знает, откуда был этот маг. К какому королевству он относился или же был из иного мира. Все сведения о нем были либо уничтожены, либо недостоверны. Известно лишь его имя – Друллаван, все остальное кануло в лету.
Этот человек захотел единоличное господство над всем Аэндором. Он за довольно короткое время сумел переманить на свою сторону большое количество магов всех королевств и рангов, от простых горожан, которые польстились на обещанное золото и богатую жизнь, до высшей знати – лоардов (это кто-то вроде наших придворных), которых обещали сделать наместниками и доверить бразды правления городов.
Таких предателей набралось немало."
"Война была очень мощной и разрушительной, нападавшие были подготовлены и сильны, а еще им сыграло на руку внезапность. Друллаван сумел незаметно рассредоточить своих сподвижников так, чтобы они находились во всех четырех королевствах и начали атаку одновременно.
Погибло много мирного населения, соратники Друллавана не щадили никого, даже женщин и детей, если те оказывали сопротивление. И самая ожесточенная битва была в Антаназе, королевстве Истинных магов, сюда Друллаван прибыл лично.
И там было страшнее всего.
Благодаря своей магии Времени он останавливал время в целых селениях и городах, благодаря чему ему практически не сопротивлялись. Поди попробуй дать отпор, когда время для тебя попросту остановилось и ты ничего не видишь и не ощущаешь, словно тебя нет вовсе.
— Мой отец тогда был еще мальчишкой и не участвовал полноценно в войне, – рассказывал Эйден. – Но он очень хорошо запомнил то, что там происходило.
— Погоди, – я перебила, так как одна деталь явно не уложилась у меня в голове. – Триста лет назад твой отец был ребенком? Он и сейчас живет?
— Ну да, – он улыбнулся. – А что в этом такого?
Ну да, действительно, что такого в том, чтобы спокойно прожить триста лет? Ничего, совершенно ничего.
