Что ты сделала для того, чтобы обратить мое внимание на себя, как на фотографа, Эвелина Лазарева?
Зараза ты, Громов! Попал в яблочко! Тут крыть нечем… Кажется, я уже сама запуталась, ради чего приехала на отбор и что желала получить в итоге. Увлеклась заданиями Грома Великого? В кои-то веки мне было приятно пообщаться с кем-то еще, кроме Ксюши и немногочисленных знакомых? Пикировки с Алексом вызывали улыбку и желание продолжить? Не помню, когда получала такое удовольствие от событий нескольких дней.
– Подбила тебе глаз? – вырвалось у меня.
Алекс замер, а потом неожиданно расхохотался.
– О, да! Неужели специально целилась?
– Конечно, нет! – буркнула я. – Но показать свои работы у меня возможности не было. Да и после нашей первой встречи…
– Испугалась? – усмехнулся Алекс, а слуга поспешил распахнуть перед нами огромную деревянную дверь.
– Да вот еще! – и повыше задрала подбородок. – Всего лишь подумала, что шансов у меня нет.
– Напрасно, – продолжил веселиться Громов.
Он вообще был на редкость позитивно настроен. Интересно, что его так воодушевило, неужели моя травма и счет один-один? Или уже два-два?
Водитель резво открыл заднюю дверь огромного джипа, и я вскоре очутилась на мягком кожаном сиденье.
– Позже поговорим, Лазарева. Пристегнуться не забудь. Подушки за твоей спиной.
Надо же, как предусмотрительно. На задней панели я и правда обнаружила несколько подушек для сна. Обернув одну из них вокруг шеи, я перекинула через себя ремень безопасности.
Евгений Павлович появился буквально через минуту и протянул мне небольшой пакет, обжигающе холодный на ощупь, посоветовав приложить его к поврежденной лодыжке. Я спорить не стала, сделала, как он сказал, и от удовольствия едва не замурлыкала. Мм… блаженство!
Врач перебросился парой слов с Громовым, уточняя маршрут, и устроился на переднем сиденье рядом с водителем, серьезным темноволосым мужчиной в возрасте. Зато Алекс плюхнулся рядом со мной, отчего я подпрыгнула, а пакет со льдом едва не свалился с многострадальной щиколотки.
– Поехали!
Гагарин ты наш… ненаглядный!
Ехали мы, как оказалось, очень и очень долго. Я успела выспаться, подложив ладошку под голову и уткнувшись лицом во что-то теплое. Нога почти не болела, кто-то периодически менял на ней пакет со льдом. Я чувствовала это, хотя пребывала в каком-то странном забытьи. Потянувшись, я замерла, услышав незнакомый голос:
– Мы на месте, Александр Сергеевич.
