Но я залипаю на том, что она дом нашим назвала. Свыкается, зверёк, свыкается с нашим будущим. Адекватным был бы, отпустил бы её. Чтобы опасности не подвергать. Только мне легче всех других перестрелять, чем Асе уйти позволить.
– Почему ты улыбаешься? – смущённо смотрит с-под ресниц, так, что член мгновенно на взгляд реагирует.
– Тебе. Ты красивая сегодня, пиздец, какая красивая.
– Не меняй тему. Ты поговоришь с ними? Пожалуйста. Тисе, правда, сейчас не до этого. Пожалуйста.
– С Илюхой поговорю, Миха не на меня работает.
Там уже пускай Арина своего Артёма уговаривает, чтобы Миха не лез.
– Артём?
– Настоящее имя Клыка. Он завязал сегодня, с бизнесом и делами. И все остальные должны считать, что Клык мёртв. Поэтому если что, ты тоже этой версии придерживайся.
Я жду Асиной реакции. Стрёмно от того, что она за этот вариант уцепиться. Скажет, что если Клык, блять, Артём от дел ушел, то и я могу так же сделать. А я не могу. Думаю об этом постоянно, но не решаюсь. Часть в легальный бизнес перевожу и на этом всё.
Полностью уйти не смогу, хотя мысль такая гуляет. Я десять лет в этом котле варюсь, кайф свой продолжаю ловить. Смазанный, с привкусом крови. Но ловлю.
Для начала с этим непонятным Игорем разобраться нужно, что на наших территориях объявился. Додавить, чтобы пропал с радаров и больше не лез. А после уже можно будет другие варианты прикинуть.
Ася не трогает эту тему. Моя девочка не лезет в чужие дела, хотя губы поджимает. Забирается под одеяло и сразу ко мне жмётся, стоит рядом лечь. Пальцами по лицу ведёт, шрамы на груди обводит.
"
"– Испугалась сегодня?
– Очень. Я не хочу повторения сегодняшнего, Дам. Не хочу перестрелок, в угол жаться. Боятся, что сейчас вооруженные люди ворвутся. И того, что в ресторане было, тоже не хочу.
– Не будет. Мы придумаем, как с нашей ревностью справляться, хорошо? И тебя мои проблемы больше не коснутся. Участвовать в подобном не будешь. Это всё, что я могу пообещать.
– Хорошо.
Ничего больше не говорит, не спрашивает. Моя умненькая девочка, которая не просит большего, чем я дать могу.
Я вообще ей нихрена нормального дать не могу.
Ни детей, которых все бабы хотят. Ни любви адекватной, без загонов и ограничений. Ни спокойствия, что завтра всё хорошо будет.
Только Асе к этому привыкнуть придётся. Меня таким принять. Потому что другого варианта у неё нет. День невиданной щедрости закончился. Нихрена даже мысли больше не допущу, что ей уйти дам. Не дам, будет моей женой, чтобы там в голове своей не крутила.
