Ты себя-то простишь, когда девочку сломаешь? Ей всего двадцать три.
– А себя помнишь в этом возрасте?
– Дамир, - вдруг на имя настоящее переходит. Хочется отрезать, чтобы не звала так. Только Асе разрешил. Но понимаю, что совсем конченным психом в глазах друзей выглядеть буду. – Ты меня с ней не ровняй. Я с подросткового возраста с вами кручусь. Мало на съемной квартире ран зашивала в семнадцать? Но это я. Ася твоя совсем другая. И если хорошо вспомнишь, то в двадцать три я, как раз таки, и сбежала от Пули в другой город.
Так, что два года искали. Ты этого хочешь?
– Ася не сбежит!
Рявкаю, новый стакан виски наливая. С утра глушу, да только водой кажется. Не берёт нихрена, не отпускает. И я отпустить Асю не могу. Блять, никаких причин нет за неё так цепляться. Дать уйти на все четыре стороны и пускай сама со своими загонами разбирается. Мало девок что ли подобных? Дохрена же вокруг вертится.
Но именно она зацепила. Кофе своим с корицей, заботой. Взглядом, когда переживает и при этом сама убить готова.
Невероятная. И моя. Всё сделаю, чтобы это так было. Любовь, смирение – дело наживное. Главное, чтобы рядом была, со мной. А дальше выгребать буду, что сегодня натворю.
– Мы с вами уебаны, - вдруг произносит Клык, наливая виски.
– С хера ли? – подбираюсь и сверлю взглядом друга.
– Из-за девчонок, - Пуля ухмыляется, понимая то, что я ещё выкупить не успел. – Зверь, это интервенция.
– Что?
– Вмешательство.
– Я знаю, блять, что такое интервенция.
– Мы с ребятами конкретно проебались в своих отношениях, нездОрово и нездорОво это всё было.
Ты бы не допустил наших ошибок.
– Бля, - протяжно стону. Реально переубедить пытаются. Сначала злились, что в ЗАГС не собираюсь их звать, а теперь понимаю, зачем все приехали. – Я сказал вам – не лезьте в мои отношения с Асей. И девок своих подальше держите. Это моё дело.
– За девок отхватишь, - Пуля первым реагирует. – Но Клык прав."
"– Артём, блять. Пуля, не рушь легенду.
– Да твоё имя хрен запомнишь. Не о том. У нас всё охренеть, как плохо было.
Два года прошло, как я Верку вернул. Но до сих пор прощение выпрашиваю.
– Да ладно, - меня бесят эти разговоры. – Хули вы все тогда так поступали, а теперь счастливо живёте? Дайте мне самому разобраться с этим делом.
– Ты считаешь, что всё нормально? От меня Вера, блять, сбежала и я её два года по всей стране искал. А когда нашёл, - Пуля запинается и отводит взгляд. Блять, тридцатник мужику, а он... – Вы все знаете, что было потом.
