Что я неготовой оказалась к подобном, слишком быстро, стремительно.
– Собираешься ещё поплавать или закончила?
– Не знаю. А ты не хочешь поплавать со мной?
– Хочешь увидеть меня голым, Ась? – мужчина улыбается, когда я мотать головой начинаю. – Значит, голым я тебе не нравлюсь?"
"Я уверена, что румянец до шеи спустился. Всю кожу щипает от неловкости и стыда. Киваю и машу головой, пока в Дамира не вжимаюсь. Хочет дразниться, так пускай мокрым костюмом расплачивается. Хотя об одежде его я думаю лишь когда руками обнимаю за торс широкий.
– Ой, прости, - мужчина не даёт отстранится, только сильнее свою одежду портит. – Дамир, костюм же.
– Похер на костюм, когда ты сама со мной заигрывать начинаешь.
– Я не заигрываю, - бурчу, понимая, что именно это и делала. – А как там мой шарф?
– В процессе. Я же говорил, что вяжу, а не то, что профи в этом. Но будет тебе розовый шарф. Подожди, я подогрев включу и принесу что-то перекусить сюда. Переживёшь ещё пару минут одиночества?
Киваю, ведь ничего другого мне не остаётся.
Возвращаюсь в воду и нарезаю круги. Вскрикиваю, когда сзади раздаётся хлопок и меня утаскивает на дно. Не успеваю испугаться, как оказываюсь прижата к стене бассейна.
– Дамир! Я же испугалась.
– Чего? Девочка моя, - улыбается так нежно, что у меня в сердце сжимается что-то. – Тебя никто не посмеет тронуть. Ты моя жена и под постоянной охраной. Так что только я могу тебя так хватать и прижимать.
– Не делай так больше, пожалуйста, - прошу, ладонями по его плечам скользя.
Мышцы очерчиваю, бицепсы и шрамы мелкие. Вижу, как мужчина вздрагивает и в глазах совсем тьма образуется. – Хорошо?
– Трусишка моя, - мужчина губами прижимается. Хлоркой пахнет и губы химией отдают, но не отрываюсь от него. Жмусь, ласкать себя позволяю и чувствую, как всё скручивается, стоит мужчине вниз по животу скользнуть, к краю плавок. – Трусишка.
Смеётся легко, когда ладонь его останавливаю, скользнуть не давая. Знаю, что в доме камеры есть, не хочу, чтобы кто-то увидеть это мог.
Даже если сотрут потом, если охрану разгонит, всё равно стыдно становится.
– Камеры, - свой протест объясняю. От чего-то не хочется, чтобы он опять считал, что я протестую. Не сегодня, когда всё так хорошо было. – Я не…
– Камеры вырубили, когда ты в бассейн зашла. Нехрен на мою голую жену смотреть.
– То есть я убежать могла? – спрашиваю из праздного любопытства и вскрикиваю, когда Дамир больно за бок щипает. – Ай! Я же пошутила.
