И если я действую украдкой, то мужчина в наглую осматривает меня, как перед покупкой товар осматривают. Цепко, ластно, приневиясь будто. Холодок неприятный вдоль спины бежит. Поэтому ещё раз скомкано благодарю и отхожу. Сбегаю просто, будто за мной зверь гонется, но стоит пропасть мужчине из поля зрения, как облегченный вздох с груди вырывается.
Секунду о том думаю, как стоит поступить – сначала сбежать и переобуться, или гордо закончить относить салаты клиентам. Или наплевать на всё и скинуть обе туфли.
Все уже привыкли к моим выходкам, ничего страшного не произойдёт. Ладно.
Сильнее напрягаю ногу и двигаюсь к столикам. Мышцы горят огнём, но со стороны я иду ровно и легко, будто не потеряла десятисантиметровую шпильку.
– Ты как, жива? – администратор помогает мне усесться на кресло в служебке. Получает мой кивок и всё дружелюбие слетает с её наштукатуренного лица. – Тогда бегом в зал, пятый столик требует тебя.
– Хорошо, только переобуюсь в балетки.
Обычно все женщины гордо шли на работу на каблуках, а там переобувались во что-то на плоской подошве.
Вот только не в нашем ресторане, где чем выше каблук, тем лучше ты сотрудник.
Поправляю хвост, потуже его затягивая, и в зал возвращаюсь. За пятым столиком двое мужчин, один из которых мой спаситель. Он улыбается и у меня мурашки от этой улыбки. Хищной и дикой, как будто он жертву загнал. Кажется, не просто так именно меня обслуживать позвали.
– Да, чем могу помочь? – натягиваю самую искреннюю улыбку и отбрасываю все мысли.
Работа есть работа.
– Асель, - мужчина первую букву именира стягивает, выразительно смотрит на мой бейджик. И я впервые радуюсь, что у меня пышной груди нет. – А что ты можешь посоветовать? Хотелось бы чего-то особенного. Цена не вопрос.
– У нас есть прекрасная азиатская кухня, стейки из мраморной телятины или паста с морепродуктами.
– А что-то более эксклюзивное? – второй мужчина со шрамом начинает смеяться в кулак, но этот спокойствие сохраняет. Опасное, обманчивое спокойствие хищника перед броском.
– Если Вы звучите вслух желание, то тогда мы обсудим. Или я могу перечислить всё меню и дальше Вы решите.
Горло сковывает, но слова получаются уверенными. Мужчина удивлённо приподнимает брови и смотрит серьёзнее. Надеялся на то, что я легко сдамся или сразу обозначу свою цену? Не знаю, как он привык решать дела, но я такого отношения к себе не допущу. У меня есть гордость и цена, которую он не сможет заплатить.
