Которого зовут отцом и покровителем! Сейдер сказал, что он может убить любого, кто слишком зарвётся!
Любого.
Но Тейнан стоит перед ним в дурацком развратном халате и угрожает — чтобы отвести угрозу от меня.
Чтобы защитить наш план.
— Наглец! — грохочет всё вокруг.
В следующий миг в нас летят с неба стрелы.
Не знаю, откуда они берутся. Не успеваю подумать. Просто чёрные точки вдруг сверкают остриями и несутся на нас. Вокруг снова вспыхивает щит — он принимает удары со всех сторон. Идёт радужными пятнами, искрит, гудит.
Тейнан раскидывает руки, пытаясь удержать его.
Следующую минуту вокруг бушует бездна.
Стрелы превращаются в копья. Те — в щупальца. Тьма наступает, окутывает всё вокруг, молотит по сверкающему куполу отростками! Сама реальность давит, пытается сжать и разломать купол, убить нас!
Как можно противостоять ей, как можно бороться с миром вокруг?!
Мне кажется, щит вот-вот не выдержит.
Тейнан скалится, сжимает зубы, рычит.
Не понимаю, как ещё дышу.
Но пространство рядом вдруг разглаживается.
Чернота отступает — рывками, пятнами. Словно кто-то плеснул светлой краской в неё, и развод расползается, смешивается с чернилами.
— Это просто сон, — слышу я голос Тейнана. — Не бойся.
Он ничего больше не объясняет. Не предлагает и не требует от меня.
Но я вдруг понимаю ясно как день: он… управляет реальностью вокруг. Перекраивает сон как хочет. А значит, я могу тоже?
Не знаю, кто вложил в мою голову эту мысль: вмешаться в кошмар вокруг.
Но пламя в груди — пламя, которое вроде бы погасло, с которым я успела распрощаться, вдруг отзывается! Я чувствую его в венах. И думать перестаю.
Раскидываю руки тоже. Хватаю воздух губами и начинаю представлять. Рисовать вокруг луг — тот самый, на который смотрела в детстве каждый день. Из окна замка. Мягкая трава с белым клевером, голубое небо!
И пространство вокруг идёт волнами. Всё увереннее. Чёрные клочья отступают от нас, превращаются в пепел, исчезают как грязь, смытая водой.
— Илина… — шепчет Тейнан.
А потом мотает головой.
Прыгает вверх и взмывает в воздух прямо в человеческой форме.
Сквозь щит он просто пролетает. Тот остаётся на месте, беречь меня. Уже в воздухе принц обращается драконом — мгновенно. Сильным, красивым, вот только по сравнению с Всевидящим — маленьким как птенец!
Копья разворачиваются, окончательно меня бросают, рвутся к нему. Он уворачивается, они врезаются в землю, взметая фонтаны грязи.
