Вокруг — едва заметный шёпот, и я отступаю.
Глаза Тейнана болезненно сияют в окружающем свете, ветер налетает и бросает в сторону его волосы. Я вяло отбиваюсь от собственных. Кольцо смыкается на другой моей руке — когда меня хватает Сейдер.
— Довольно представлений. Идём! — Он тянет так, что я вынуждена отвернуться. А может, просто спешу это сделать, чтобы не показать слабости, которая грозит подкосить ноги.
Что на уме у наследника? Я не знаю, но иду за ним.
Сейдер немного отводит меня от группы. Мы останавливаемся посреди пустого поля.
Ненадолго кажется, что бесцельно. А потом…
Потом земля под моими ногами вздрагивает.
И вдруг приходит в движение! Я едва не падаю — от резкого толчка под собой. Сейдер хватает меня плотнее, заставляет держаться на ногах. Вокруг нас идут трещины — и место, на котором мы стоим… начинает ползти вверх.
Вместе с нами.
Будто огромная колонна выбирается из земли — и несёт нас всё выше!
Я едва сдерживаю ругань. Помогает спазм, схвативший горло. Смотрю на наследника — который удерживает равновесие без труда!
— Что вы делаете?!
— Женщина должна наблюдать за боем, — отвечает он громко, будто всем.
— С особого почётного места. Где увидит нас во всей красе, но не сможет помешать. И мы должны видеть, за что сражаемся. Боишься?
В ужасе перевожу взгляд вниз — на драконов, над которыми мы неумолимо возвышаемся!
На Тейнана, который дёргается, едва не бросается к нам — но после слов Сейдера останавливается.
Мы продолжаем ползти вверх на земляном столбе.
Тот сам волнуется, бурлит: тут и там из серебряной травы проступают камни. Острые выступы окружают площадку, как зубья короны. Надеюсь, это чтобы мне сложнее было упасть.
— Я могу приковать тебя цепями к камню, — роняет Сейдер. — Хочешь?
В его глазах нет ничего хорошего. Только лёд.
Наконец, рост колонны останавливается. Земля перестаёт дрожать. Я рискую вновь посмотреть вниз — но не рада этому! Мы на высоте приличного дерева.
— Надеетесь, что я сверну себе шею? — не сдерживаюсь.
Сейдер сдвигает брови.
— Мне кажется, или ты заговорила иначе, чем раньше? — произносит он медленно. — Впрочем, чему удивляться? Сюрпризы ты преподносишь один за другим.
Его голос стал тише, слова — только для меня. Но это не утешает.
В ртутных глазах плещется тьма, которой я ещё не видела.
Дракон вдруг взмахивает рукой — и магия окутывает меня знакомым дымом. В последние сутки мою ауру проявляли столько раз, что я без труда узнаю всё, что её вызывает.
