Невеста фараона

На щеках зарозовел взволнованный румянец.

— Ну? Что слышишь?

Я обняла ее и прижала покрепче. Маленькая, хрупкая, смелая девочка. Ей ведь всего восемнадцать. А она уже так много делает и так много может. Начинали мы вместе, я ее учила, а теперь она сама ведет переписку с большинством зарубежных правителей. Держит в железном кулачке наместников Септов и женский дом царя. Куда царя, разумеется, вообще не пускает. Нечего ему на других жен смотреть.

И вот результат.

— Там сердечко бьется. Совсем крошеное, — я поцеловала ее в макушку.

"

"— Правда?! — она восторженно хлопнула глазами, — А я думала повитуха врет. Из лести. Она уже два года все твердит, что я беременна.

— Нет, на этот раз правда. У тебя родится прекрасный здоровый мальчик.

Ее тонкие руки сомкнулись у меня на талии, а лоб уперся в шею:

— Тебе я верю, Танеферт. Ты ведь маг. И моя добрая подруга-хранительница.

— У меня к тебе тоже новость, — я взяла ее правую руку и, протиснув между нами, приложила к своему животу, — Ну, что слышишь?

— Булькает.

Есть хочешь?

— И это тоже. Я теперь очень часто хочу есть. За двоих.

— Нет! — она отстранилась и, склонив голову на бок, пытливо вгляделась, пытаясь достать до самого моего дна. Но увидев внутри лишь свет, улыбнулась, — Ты же такая…

— Тия! Я не старая! Не пройдет и десяти лет…

— Ой, ладно! И все-таки жаль, что ты не сможешь помогать мне при родах. Я надеялась.

— Не будь жадной! — я легонько щелкнула ее по носу, — У тебя и без меня все будет хорошо.

— Подплывают! Подплывают!

Во дворе женского дома супруги царской кричали мальчишки.

Дети знатных аристократов, которые учились в местной школе. Я услыхала голосок собственного сына Хоремхеба. Ему недавно исполнилось шесть.

— Мама! Папа подплывает!

В груди разлилось приятное тепло. Как всегда, когда я предчувствовала нашу встречу после долгой разлуки. Я гостила во дворце царя третью декаду и ожидание супруга, который должен меня забрать, уже начали физически истязать.

(Неделя древних египтян длилась 10 дней)

Чувство словно под кожу запустили тысячу муравьев, и они не замирают ни на секунду.

И чем ближе день встречи, тем быстрее они ползают. Сегодня итвовсе метались как ошалелые. Хочу его видеть! Хочу почувствовать запах его кожи — солнце, Река и немного мандрагоры, смешанной с мятой. Так пахнет в его мастерской, где он проводит почти все время.

— Он знает? — Тия хихикнула, предчувствуя волнительную сцену.

— Нет пока. Пойду скажу ему. Отпустишь?

— Конечно, Танеферт.