Невеста года

Как бы хорошо все ни складывалось, подсознательно я считал, что все это временно, что придет кто-то более сильный и жестокий и заберет у меня все, что я создал. Заберет, втопчет в грязь, разрушит. Смешно сказать, я войны боялся. О землетрясениях думал. Мне пожары снились. Я старался не принимать снотворное, но стоило выключить свет в спальне, как сон улетал прочь, а я лежал и представлял, как от меня уходит Светка, тяжело заболевает мама, отнимают дело, попадает в беду сын.

Из-за этого я иногда даже срывался на тех, кого люблю, незаслуженно обижал их, позволял себе повышать голос на ни в чем не повинных подчиненных. И только здесь, в Горовске, я стал спать хорошо.

– Может, просто вам полезен здешний воздух? – лукаво улыбнулась я.

– Первые несколько недель он был мне вреден. Спать я стал через некоторое время после встречи с вами. И с Алкой.

– У вас осталось какое-то чувство к ней?

– Вы ее видели? – ответил он вопросом на вопрос.

 – Какие чувства может вызывать это жалкое создание? Просто в моей памяти она оставалась все той же гордой, злой, непокорной девочкой, а вчера я увидел раздавленную жизнью тетку.

– Вы сказали им, что все неприятности, свалившиеся на них, валились по вашему заказу?

– Конечно. Да этого и не требовалось. Когда Дударев понял, что Юрий Ростов и Юра Бобров – один человек, он и сам обо всем догадался. Он ухитрился дважды сделать смертельным врагом одного и того же человека, не ведая об этом.

И Бобров скорее всего так и не собрался бы встретиться с ним вновь, если бы Гарри не поднял руку на сына Ростова.

– У него может возникнуть соблазн отомстить.

– Не возникнет. Дай бог, со своими проблемами справиться. К тому же ты работала аккуратно, доказать ничего нельзя. А если кто-нибудь из них опять захочет потягаться со мной силами, буду только рад.

Теперь меня голыми руками не возьмешь.

– Играете с огнем, – предупредила я.

– Ты тоже, – парировал он, – однако ни за что не променяешь свою жизнь на жизнь какой-нибудь домохозяйки. Я прав?

– Вот, слушай, – растолкала меня Алина на рассвете, – в связи с мировым финансовым кризисом денег на исследование акватории Арктического океана у нас нет. А надо на это дело приблизительно два с половиной миллиарда долларов.