Невеста года

Наконец последние штампы были поставлены, документы заверены, и счастливые обладатели двух разных квартир удовлетворенно вздохнули. Но расслабляться было нельзя. Конечно, обратного хода делу уже не дать, но мне все-таки хотелось убедиться, что Николай Федорович будет выдворен из квартиры, а в ней поселится его семья. Поэтому я не дала открыть ему рот, схватила под ручку и заговорщическим тоном произнесла:

– Ну? Теперь по рюмашке?

– По рюмашке! – обрадованно отозвался он, бросил победоносный взгляд на бывшую супругу и выгнул колесом руку, приглашая меня последовать с ним.

– Сейчас, – шепнула я.

Я вернулась к его жене и попросила ее не предпринимать ничего до завтрашнего дня. Завтра мне предстояло организовать переезд.

Водкой и немудреной закуской мы запаслись в ближайшем киоске и, громко обсуждая события сегодняшнего дня, поднялись в его квартиру. Мне не составило особого труда напоить кактус, стоящий возле меня на подоконнике. Как мне известно, кактусы – чертовски живучие растения.

Авось мой обильный полив сорокаградусным зельем не принесет ему особого вреда. Когда язык у моего собутыльника начал немного заплетаться, я напомнила ему, что он обещал рассказать мне о своем героическом прошлом. Сначала он плел что-то невнятное, но парой наводящих вопросов я вывела его на нужную мне тему.

– Бобров? Юрка? Размазня был этот Юрка. Его мордой в грязь, а он только сопли утирает и смотрит ясными глазами. Таких надо в младенчестве утили… тилизировать, как в древней Спарте.

Слышала, как там слабых младенцев в пропасть кидали? Вот и его надо. В пропасть. Я ведь чего войну ему объявил? Пытался подзадорить его как-то, завести, чтобы он огрызаться начал, сдачи давать. Все же знали, что Гарри на него свои проделки вешает, а он молчал. Из-за Алки молчал. Алка мне тоже нравилась, но я никогда бы ее вину на себя не взял, а Юрка брал. Ну, так ему и надо. В результате выжили сильнейшие, а Боброва – в пропасть. Знаешь, ведь это он и из-за меня из окна прыгнул. Но я не жалею. Слабых и бесполезных надо давить. Все равно из него человека бы не вышло. Правильно я говорю? Правильно, вы, бабы, тоже сильных мужчин любите. Я же понимаю, почему ты на меня запала. Силу мою мужскую почувствовала. Когда я жену свою на место поставил, у тебя глаза и загорелись. Ну, иди ко мне.

Бывший комсорг осоловел настолько, что потянулся было к моей груди, но потерял равновесие и грохнулся с табуретки.