– Кухарка в коем веке расстаралась?
И тут рира Чистоу вздрогнула и посмотрела прямо на меня.
Так. И что же тут произошло?
- Нет, рира Марсис сегодня пожелала взять расчет, - холодно сказала она, и было в её голосе совсем недобрые нотки, которых я раньше не слышал.
- Мы без кухарки? – сказал мягко, чтобы она не подумала, что я злюсь. Это вовсе не потеря. Может, она расстроена, что в первый её рабочий день прислуга начала разбегаться?
- Да, скажите лорд Кроу, а кто выплачивает зарплату слугам?
- Ну, вообще вы должны, но так как слуги часто менялись, я сам выдавал дворецкому или кухарке, а они остальным слугам раздавали.
- Понятно, - сказала она и опустила глаза. – А каковы оклады моих подчиненных? Я хочу сама им платить, чтобы не было нареканий.
- Это не секрет. Дворецкому и кухарке по пять золотых, помощнице два, садовнику и горничным по три. А о каких нареканиях мы говорим? – решил уточнить я.
- Ваша кухарка не выдавала все деньги. Про всех слуг не знаю, а вот Фани из двух золотых не всегда и сорок медяшек получала, - сказала Кирана.
Я почувствовал себя виноватым. Так и знал, что за домом надо следить лучше.
- Кухарка уже и на работе пить удумала. Я подозреваю, что и продуктов из-за этого не хватало, она деньги забирала себе, а потом на остаток покупала продукты среднего, скажем так, качества.
- Тогда, хорошо, что ты её выгнала, - сказал я. – Но откуда еда? В харчевне купили?
- Нет, я сама приготовила.
- Вы умеете готовить? – удивился я. Леди не готовят.
- Я из бедных дворян.
Слуг нет. Хочешь вкусно есть, сам и приготовь.
- Рад, что у вас столько талантов, но вам будет крайне тяжело управляться везде. Надо найти кухарку, а это не просто даже в столице, - вздохнул я.
- Есть у меня идея, но не знаю, что может получиться, - сказала Кирана.
- Какая же?
- У нашей Фани, есть больная мать. Девочка говорит, что на неё упали полки на работе и с тех пор она испытывает боли. Работала она кухаркой, и судя по всему неплохой. Может, вы посмотрите, что с ней? У них с сорока медяшек нет денег на лекаря.
Задумчиво смотрел на девушку. Она расстроилась не из-за кухарки, а несправедливости к ребёнку? Интересно. И уже пытается и нам помочь и ей.
Мне нетрудно посмотреть на мать, там не может быть чего-то особо сложного, особенно, если она ещё и на работу сможет выйти. А перед девочкой я всё же виноват. Моя обязанность следить, что и как в моём доме происходит.
- Утром поедем к ней. Посмотрим, что можно сделать, - сказал я.
