Ответом ему стали смешки и аплодисменты. Вперед вышла Сильвия.
― Леди и лорды! Представление знаменитой театральной труппы «Виркалло» начнется через полчаса.
Голос жены звучал звонко, и лишь в самом конце слегка сорвался. Эйдан легонько пожал ее ладонь в знак поддержки и помог спуститься с помоста. Их тут же обступили лорды и леди, чтобы выразить свое почтение. Сильвия опешила, но быстро взяла себя в руки и принялась улыбаться. Эйдан почти не участвовал в разговоре, лишь украдкой наблюдал за ней.
Для каждого она сумела найти слова: делала комплимент, подбадривала, шутила и даже отчитывала! Удивительно, как легко она справилась с ролью хозяйки вечера! Прошел всего десяток минут, а вокруг нее уже образовалась свита и завязался светский разговор. Эйдан успел достаточно узнать жену, чтобы по слегка прищуренным глазам и скептически поднятому уголку рта, понять, что все происходящее не доставляет ей удовольствия.
Взяв бокал вина с подноса проходящего мимо официанта, Эйдан только сейчас заметил мать, стоящую на другом конце зала.
Она пристально наблюдала за Сильвией, кажется, одновременно довольная успехом Театрального вечера и уязвленная. Многие гости переметнулись к новой герцогине, без сожаления оставив леди Эвелин.
Сильвия улыбнулась обступившим ее леди, расспрашивающих о наряде, и отправилась прогуливаться по залу. До представления оставалось немного времени, чтобы уважить вниманием всех остальных.
Эйдан направился в противоположную сторону, преследуя те же цели. То и дело он оборачивался, чтобы найти взглядом жену. Увидев поблизости Мартина, герцог скрипнул зубами. С каким бы удовольствием он бы вовсе выставил графа из замка! Веллер уставился на обнаженную спину Сильвии, и желание многократно усилилось. Эйдан сделал глубокий вдох и усилием воли заставил себя поздороваться с компанией лордов.
Все-таки Лиззи здорово помогла, предупредив о готовящемся покушении, и Сильвия стребовала с мужа обещание не мешать ее разговору с Мартином.
Она чувствовала себя обязанной помочь горничной с ребенком. Герцогу пришлось уступить, и теперь он бесился от того, что его жена беседует с этим дамским угодником!
― Все в порядке? ― по-отечески улыбнулся граф Уэст.
― Да, конечно! ― встрепенулся Эйдан, не узнавая сам себя. Раньше он считал, что приступы ревности ― удел слабых, а сейчас сам сгорал от этого чувства.
