Невеста-изменница

Но Рис не остановился, он еще раз подарил ей наслаждение и, хрипло вскрикнув, воспарил вслед за ней, выплеснув в нее горячее семя.

Продолжая трепетать от сладких ощущений, Элизабет без сил рухнула ему на грудь. Никогда раньше она не представляла, как это может быть прекрасно.

Прильнув к Рису, она снова зарыдала. Но то были слезы радости.

Глава 16

Следуя за молодым светловолосым адъютантом, Рис шел по коридору к офису полковника Малкольма Томаса из иностранного ведомства.

— Присядьте, милорд, — сказал адъютант полковника.

— Благодарю, лейтенант.

Рис сел на деревянный стул напротив письменного стола полковника и оглядел кабинет. Спартанская обстановка, безупречная чистота. Ни единого намека на наличие семьи. Судя по всему, полковник — человек дела, скупой на эмоции.

Спустя несколько минут полковник Томас вошел в комнату. Среднего роста, румяный, с каштановыми волосами. Внешне — ничего особенного. Если не считать решительности, сверкавшей в его стальных темных глазах.

Мужчины обменялись приветствиями и уселись.

— Вы хотели меня видеть по поводу вашего друга Трэвиса Грира, — начал полковник.

— Капитана Трэвиса Грира, верно.

Рис перевел дух. Беседа будет не из легких.

— Хорошо известно, что матерью капитана Грира была русская балерина. Он говорит по-русски, что делало его особенно полезным во время Крымской кампании.

— Не приходится сомневаться, что туда его отправили намеренно.

— Человек рисковал жизнью, чтобы вынести меня с поля боя, полковник.

— Я понимаю ваши чувства. Вы перед ним в долгу. Однако к нам попала информация, являющаяся в высшей степени обличающей.

Рис смущенно шевельнулся."

"–. Вы говорите о дневнике капитана Грира? Несомненно, вам известно, что капитан вел записи о войне, желая сохранить в памяти все то, что пережил. И это ему пригодилось — в настоящее время он публикует заметки в лондонской «Таймс».

— Мне это известно. К сожалению, его дневник выходит за рамки простых мемуаров. В нем содержатся записи о перемещениях британских войск, о встречах с представителями высшего командования и даже информация стратегического плана. Записаны даты и время, словом, все важные сведения, представляющие большую ценность для русских.

— Но дело в том, сэр, что он не передавал свой дневник русским. Как вы сами заметили, он у вас.

— Это правда.