Невеста-изменница

Элизабет сидела в гостиной на диване рядом с Джередом, помогая ему читать рассказ «Маленький серый мышонок». После обеда Рис получил записку от своего адвоката мистера Пинкарда. Адвокат хотел с ним увидеться. С какой целью — он не сообщил. В ожидании мужа Элизабет не могла унять волнения.

Заставляя себя улыбаться, она старалась не показывать сыну своего беспокойства.

— Продолжай. Прочитай последнюю страницу.

Слегка запинаясь, Джеред продолжил:

— «И тогда маленький… маленький мышонок под… под…»

— Поднял.

— «Поднял носик и принюхался.

— Кусочек, — мягко подсказала Элизабет.

— «Я чую кусочек сыра».

Джеред рассмеялся, рассыпавшись звонким бубенцом.

— Продолжай, — велела Элизабет.

— «С улы… бкой маленький мышонок… бросился… догонять своих… друзей… и они… стали жи… жить-поживать и добра наживать».

— Очень хорошо! Ты скоро будешь превосходно читать.

Джеред просиял.

Это была правда. С каждым днем он читал все лучше. Элизабет связывала это с тем, что теперь ему жилось куда спокойнее.

Элизабет помогла сыну встать с дивана.

— Думаю, на сегодня хватит. Беги наверх, можешь немного поиграть.

Он взглянул на нее большими темными глазами:

— Что у нас сегодня на ужин?

— Жареная куропатка. — Элизабет улыбнулась. — И миндальный пудинг на десерт.

Расплывшись в улыбке, Джеред вприпрыжку пересек комнату и выскочил за дверь. Миндальный пудинг был одним из его любимых лакомств.

У Элизабет немного защемило сердце: такой славный малыш. Взяв вышивку, она углубилась в работу, стараясь сосредоточиться на стежках. Скорей бы уж Рис возвращался домой. Оставалось надеяться, что новости, ради которых Пинкард вызвал его, были хорошие.

В коридоре раздался шум, и Элизабет подняла голову от работы. Из прихожей донесся голос Джека Монтегю, затем послышались знакомая неровная поступь Риса. Шаги приближались, и в следующий миг Элизабет увидела его в открытом дверном проеме.

— Ну что, Рис?

— Нам отказали в прошении. Суд даже не стал его рассматривать. Мальчик слишком юн, чтобы лишиться такого важного и почетного титула, сказали мне. К тому же это несправедливо по отношению к покойному графу — лишать его законного наследника титула Олдриджа.

Элизабет почувствовала, как кровь отлила от ее лица.

— Но… но если бы мистер Пинкард сказал им правду, сказал, что Эдмунд — не отец Джереда…

— Это ни на что не повлияло бы.