Невеста клана

С тех пор, как наш брак стал «настоящим», я стала чувствовать себя гораздо увереннее, что ли… и я знаю, отчего – просто никогда ранее у меня не было человека, с которым я бы чувствовала настолько защищённой, впервые ощутив значение выражения: «как за каменной стеной». А учитывая «хрупкую» фигуру супруга, то понимать это стоило буквально.

Якоб покосился на меня и заявил, что теперь частота визитов уважаемого родственника зависит только от меня и моей рабочей активности.

- Великий! – муж длинно выдохнул и спустил ноги с кровати, потревожив мирно спящего Кота – Если бы мне кто-то раньше сказал, что я соглашусь на то, чтобы моя жена работала, никогда бы в это не поверил!

- Бизнес у меня в крови… коммерческая жилка - пробормотала я, рассматривая длинный рваный рам на спине Якоба.

- Не знаю, что это, но у деда это тоже есть – усмехнулся супруг и тихо вздохнул, чувствуя мой взгляд – прошу прощения за зрелище, но мы живём на границе…

Я молча кивнула. Конечно, так и есть. Но Якоб зря решил, что его внешний вид оскорбил мой взгляд.

Потому что, если любишь человека, то делаешь это безусловно, принимая его таким, как он есть… От неожиданности я села на кровати и уставилась в окно. Внезапное осознание своих чувств к собственному мужу удивило и немного испугало меня. Поэтому я рассеянно что-то буркнула в ответ на слова мужа, и принялась торопливо натягивать на себя сорочку и халат.

Якоб повернулся и приподнял бровь с понимающей улыбкой. Я же только покосилась и неизвестно, отчего, рассердилась: всё ему хиханьки и хаханьки, а я, может, люблю его! После чего, всё ещё злобно сопя, выдавила:

- Милорд! Боюсь, что меня ожидает утренний туалет!

- Миледи! Конечно, с вашего позволения, я вас оставлю – Якоб слегка поклонился и приложил руку к груди, после чего гордо удалился в смежную комнату, нимало не переживая по поводу собственной наготы.

Спустившись к завтраку, мы застали там счастливого свёкра, который тоже что-то рассказал о чудесном, ничем не омрачённом утре, тихом дне и вообще, прекрасном времяпровождении, которое у него появилась после отбытия лорда Маркаса.

Не успели мы порадоваться тому, что дедушка всё-таки уехал, как вернулись солдаты с запиской. Там коротко и лаконично было сообщено, что те ковры, которые были в наличие, уже проданы, и получены предварительные заказы на следующие. Кроме того, дедушка писал, что свою долю за продажу он уже забрал. Как и часть процента моего долга перед ним. Остальные деньги – мои.