Так что я недолго полежала с закрытыми глазами, чувствуя знакомое пушистое тепло, и задумалась снова: тот факт, что я нахожусь в ином мире, прошу считать аксиомой, не требующей доказательств. С этим разобрались. Далее по списку – встреча с леди Полиной и её людьми. Дамочка сообщала о том, что возвращалась в родные пенаты после длительного отсутствия на Родине. Кажется, она что-то упоминала о том, что воспитывалась в эмиграции. В семье своей матери, а теперь вот – потянуло в Отчизну…
А потом это странное нападение на нас ночью.
Да, да, именно странное. Теперь-то я могу сказать это с уверенностью. Дело в том, что я не сообразила сразу, а потом и вовсе было не до этого – так вот, девушки, которые спали в коляске, они не очень-то испугались, когда на них напали разбойники. Быть может, я сейчас в корне не права и многого не понимаю в этом мире, да вот только испуг оттого, что твоя жизнь в опасности, может быть одинаков во все времена и в любых пространствах."
"Пока же моя душа уходила в пятки, когда я размахивала своей палкой, Полина со своей горничной спокойно стояли и смотрели за моим выступлением.
Да, вот так. Забавно, должно быть, смотрелось со стороны. Полине, судя по всему, недурно жилось на континенте, в той самой Полии, так что письмо из дома с требованием возвращения в родные пенаты совершенно не вязалось с планами самой Полины. Тогда она решила поступить так, как ей велит отец, то есть – приехать на Родину. Правда, тут есть один нюанс – незамирённые дикари. Ну, которые нортманны.
Проще говоря, исчезновение неподалёку от дома могло бы быть ничем иным, как привычным местным людям действием. Да уж… на этих ребят из-за гор можно было свалить любой грех, от неурожая до камнепада. И никто не усомнится, вот в чём дело…
На самом же деле, у леди были свои мысли, и они шли вразрез с отцовым велением. Вот она и придумала это похищение. Подговорила кого-то из своего окружения, те заявились ночью, дамочки шустро собрались и уже были готовы стартануть. Если бы не некто, который помешал им тихо покинуть место стоянки.
А когда мне прилетело по голове, беглецы решили, что кашу маслом не испортить, и перевернули всё на той поляне. Убеждена, что всё так и было. А теперь моя задача в том, чтобы убедить родичей мерзавки в том, что девица покинула их по доброй воле, а вовсе не потому что её похитили безжалостные нортманны.
Едва только мои глаза привыкли к полумраку, как в то место, где я находилась, завалилась целая делегация.
