Невеста конкурента

Я согласилась в больницу поехать только ради Максима. Потому, что он мой студент, и я несу за него…

— Да ересь ты несешь, — перебил, открывая дверь.

Какая из нее училка. О профессиональных качествах судить не буду — не в курсе. Зато у меня есть глаза. И у студентов ее тоже.

Как в их головы вбивать психологию, если все мысли о том, чтобы эту горячую штучку разложить на столе у доски, и побыстрее.

В магазин ее не пустил — оставил в машине. Сам выбрал и новые туфли, и летний костюм — я не женщина и ориентация у меня традиционная, но вкус все же есть.

Переодеваться при мне она опять отказалась, только обулась, а пакет с костюмом прижала к груди, как маленькая, ехала в обнимку с подарком, словно я отобрать могу.

Еще утро, но уже ясно, что будет жара — солнце заливает улицы, и ветра совсем нет, день будет длинным, напряженным.

Небо синее, а я мрачный.

Сын влюбился, но и я, может, тоже, если бы время назад вернуть было можно — дал бы денег и пусть бы Макс дарил ей машину, а я бы просто не лез, нахрена, вообще, сунулся со своими проверками.

Допроверялся.

По коридору идем к палате.

И сейчас уже я не полезу — это решение сложнее дается даже, чем все мои заморочки на работе.

Я ему шанс должен дать. Если Максим так влюблен — пусть берет.

Останавливаемся у палаты.

И не успеваю открыть дверь. Как она открывается сама.

И к нам в коридор выходит мой бывший лучший друг. А теперь первый человек в списке тех, кого я бы голыми руками убил.

Артур.

Глава 39

Эмма

Ни разу не видела, чтобы человек от одного только взгляда на другого человека пришел в такое бешенство.

Его широкая и твердая линия челюсти просто в камень превратилась, темные глаза стали словно стеклянные, неживые. На лице желваки заиграли и показалось, что сейчас его классический костюм Армани по швам разойдется, такая Шварца распирает злость.

— Какого черта ты делаешь у моего сына? — голос низкий, будто простуженный, но слышно, как в нем закипает ярость.

— Проведать пришел. Подчиненного, — прилетел в лицо Макару спокойный ответ.

Посмотрела на Артура и невольно отступила.

Этот небритый бугай и раньше на бандита смахивал, а сейчас и тем более — светлые глаза пронзительные, внушают опасность, словно он не в больнице, а на перестрелку прикатил, за спиной прячет базуку, и мы сейчас все тут ляжем.

— Ты же делами сына не интересуешься, Шварц, — продолжил Артур с тем же холодным спокойствием. — Не в курсе, что твой сын работает у меня.

Цветом лица Макар со стеной слился.